Война. Я девственник. Ну разве это вообразимо - жертвовать своей задницей ради каких-то безумцев, даже не познав женщину?
Меня брала тоска. Ни в чем я не находил интереса и, что самое гнусное, не искал способа выбраться из этого тупика. Другие, по крайней мере, имели вкус к жизни, казалось, они понимают нечто такое, что мне недоступно. Возможно, я был недоразвит. Вполне вероятно. Я частенько ощущал свою неполноценность. мне хотелось просто отстраниться от всего. Но не было такого места, где я мог скрыться. Суицид? Ничем не лучше, чем любая другая работа. Я предпочел бы уснуть лет этак на пять, но разве мне позволили бы?
- Вашингтон - дерьмо, Беккер. - А женщины? Брак? Дети? - Дерьмо. - Да? Ну хорошо, а ты чего хочешь? - Спрятаться.
Всем нужна любовь, но не такая, которую практикуют большинство людей и которая ничего не дает.
- Вы просто восстаёте против всего. Как вы собираетесь жить дальше? - Не знаю. Я уже устал.
Когда ты на самом деле плох, ты не кривляешься, ты просто такой есть. И мне нравилось быть ублюдком. Попытки быть хорошим делали меня слабым.
Тусклая жизнь нормального, среднего человека хуже, чем смерть. И казалось, что не существует никакой возможной альтернативы. Образование - просто обман. То нехитрое обучение, которое я позволил себе, сделало меня более подозрительным. Кто такие доктора, юристы, ученые? Это люди, которые добровольно лишили себя свободы думать и поступать как личности.
Я всегда был лучшей компанией самому себе.
Невозможно переоценить глупость толпы.
Пока у человека есть вино и сигареты, он может многое вынести.