Конечно, он не совсем наш. Не то, чтобы не совсем не наш, но не настолько не наш, чтобы его считать совсем не нашим. И уж, во всяком случае, он не настолько не наш, чтобы его не считать не нашим.
Бездарность, развязавшая себе руки, начинает вести себя так, будто она гений. И усилиями огромного числа людей создается иллюзия гениальности
Как люди вроде бы внезапно оказались перед проблемой засорения окружающей среды и оскудения природных ресурсов, так они однажды так же вроде бы внезапно окажутся перед проблемой оскудения интеллектуальных и психических потенций людей, причем - в гигантских масштабах.
В эпоху Хозяина власти боялись, что если чуть-чуть распустить вожжи, то ибанизм рухнет. Они сами не верили в его всепобеждающую силу и правоту. ... Период растерянности обнаружил, что он сохранился бы и без насилия... Ибо он есть продукт собственной жизнедеятельности этого общества.
Людям надо внушать, что раньше всегда и везде было еще хуже.
Литератор в будущем романе напишет: у сортира стояли ломы и лопаты, и это свидетельствовало о том, что тут работают. Но он умолчит о том, что работают плохо. А на самом деле, тут даже не столько работают, сколько плохо.
Труднее всего разгадать тайну, которой нет.
... человек всегда остается один, если вздумает стать человеком.
Сама зазвала. Сама выпивку устроила. Представь себе, денег за водку не взяла. Даже обиделась. Сама свет потушила. Разделась. В кровать легла. И меня затащила. А когда я сделал было попытку, заявила, что она честная, и залепила мне прямо в глаз. А когда я оделся и собрался уходить, заплакала. Умоляла остаться.
Ты нарушаешь правила игры, сказал Болтун. Вместо того, чтобы пройти все установленные этапы и последовательно делать по установленным нормам то же самое дерьмо, какое делают все, ты делаешь нечто непохожее ни на что, делаешь слишком много и хочешь обойтись без их игрушек.