Мои цитаты из книг
"Добродетель, подобно ворону, гнездится среди развалин."
Младший лейтенант Саня Малешкин испытывал беспокойство из-за отсутствия боевых успехов, чувствовал, что экипаж самоходной установки не воспринимает его всерьез как командира, а комбат относится к нему неприязненно. Однако все его опасения исчезли, когда они действительно оказались в боевой ситуации.
Поскольку майор Кенарев ничего плохого не сделал Сане, то он решил, что начальник штаба тоже очень хороший человек.
Младший лейтенант Саня Малешкин испытывал беспокойство из-за отсутствия боевых успехов, чувствовал, что экипаж самоходной установки не воспринимает его всерьез как командира, а комбат относится к нему неприязненно. Однако все его опасения исчезли, когда они действительно оказались в боевой ситуации.
Ужасно все плохо, Миша, – пожаловался Саня. – Не унывайте, лейтенант, еще будет и хуже. Саня вздохнул: – Веселый ты парень, Мишка, отчаянный!
Младший лейтенант Саня Малешкин испытывал беспокойство из-за отсутствия боевых успехов, чувствовал, что экипаж самоходной установки не воспринимает его всерьез как командира, а комбат относится к нему неприязненно. Однако все его опасения исчезли, когда они действительно оказались в боевой ситуации.
На рассвете погожего майского дня по дорожке к старому особняку поднимались трое. Оливер Вильсон стоял в пижаме у окна верхнего этажа и глядел на них со смешанным, противоречивым чувством, в котором была изрядная доля возмущения. Он не хотел их видеть.
В солнечные дни мая в городе, где проживал Вильсон, начали появляться необычные люди. Они словно верили, что могут управлять вращением Земли, их одежда была безупречна, а голоса звучали с удивительной грацией... Эти люди стали арендовать дома на соседней улице...
День был погожий, как и весь этот месяц, — прозрачно-золотой, полный мягкой прохлады, которая медлила уходить, словно для того, чтобы люди еще острее прочувствовали разницу между весной и наступающим летом.
В солнечные дни мая в городе, где проживал Вильсон, начали появляться необычные люди. Они словно верили, что могут управлять вращением Земли, их одежда была безупречна, а голоса звучали с удивительной грацией... Эти люди стали арендовать дома на соседней улице...
Он нашел карандаш и бумагу и, отстранив дергающиеся тени, написал все, что мог. Вполне достаточно. Вполне достаточно, чтобы предупредить. Вполне достаточно, чтобы спасти.
В солнечные дни мая в городе, где проживал Вильсон, начали появляться необычные люди. Они словно верили, что могут управлять вращением Земли, их одежда была безупречна, а голоса звучали с удивительной грацией... Эти люди стали арендовать дома на соседней улице...
Бывает такое богатство, когда уже и деньги перестают иметь значение
В солнечные дни мая в городе, где проживал Вильсон, начали появляться необычные люди. Они словно верили, что могут управлять вращением Земли, их одежда была безупречна, а голоса звучали с удивительной грацией... Эти люди стали арендовать дома на соседней улице...
Клеф закрыла дверь в свою комнату, но дом был очень старый; ему показалось даже, будто он видит, как странные звуки просачиваются сквозь ветхое дерево и пятном расплываются по потолку.
Это была музыка — в известном смысле. И в то же время нечто неизмеримо большее, чем музыка. Звук ее внушал ужас. Она рассказывала о страшном бедствии и о человеке перед лицом этого бедствия. В ней было все — от истерики до смертной тоски, от дикой, неразумной радости до обдуманного смирения.
В солнечные дни мая в городе, где проживал Вильсон, начали появляться необычные люди. Они словно верили, что могут управлять вращением Земли, их одежда была безупречна, а голоса звучали с удивительной грацией... Эти люди стали арендовать дома на соседней улице...
Оливер вдруг осознал, что в ее голосе не было больше снисходительных ноток. Она перестала смотреть на него как на забавный курьез. Ее поведение как-то незаметно утратило ту холодную отчужденность, с какой обращались с ним Омерайе и Клайа. Вряд ли она притворялась: изменения были слишком тонкими и неуловимыми, чтобы разыграть их сознательно.
В солнечные дни мая в городе, где проживал Вильсон, начали появляться необычные люди. Они словно верили, что могут управлять вращением Земли, их одежда была безупречна, а голоса звучали с удивительной грацией... Эти люди стали арендовать дома на соседней улице...
- Чудные они, - продолжал он, задумчиво помешивая кофе ложечкой. - Вчера Омерайе - так зовут мужчину - вернулся с книжкой стихов, вышедшей лет пять назад. Так они носились с ней, как с первоизданием Шекспира. Я об авторе и слыхом не слышал, но в их стране, как она там у них называется, он, должно быть, считается кумиром или вроде того.
В солнечные дни мая в городе, где проживал Вильсон, начали появляться необычные люди. Они словно верили, что могут управлять вращением Земли, их одежда была безупречна, а голоса звучали с удивительной грацией... Эти люди стали арендовать дома на соседней улице...