И генералиссимус Сталин пожаловал мне... чем он там жаловал своих неизвестных героев? Жизнью жаловал, сказал новичок (...). Чем ещё пожалуешь раба? Не свободой же. На хрена она овце?
Было лето. Было жарко. Было классно. Мы глубоко ушли в зеленые тайны этой новой площадки для игр, когда у меня случился срочный позыв облегчить кишечник.- Дэйв, отведи меня домой! - потребовал я. - Мне надо по-большому!Дэйву это не понравилось.- Пойди в лес и там сделай, - сказал он. Вести меня домой - на это ушло бы не меньше получаса, и Дэйв менее всего был расположен тратить такое драгоценное время только потому, что братцу приспичило.- Не могу - возразил я, пораженный такой идеей. - Я же не смогу подтереться!- Еще как сможешь, - ответил Дэйв. - Листьями подотрись. Как ковбои и индейцы.Наверное, все равно было уже поздно бежать домой. Думаю, что выбора у меня не было. А к тому же меня зачаровала сама идея - посрать по-ковбойски. Я был будто бы Хопалонг Кэссиди, засевший в подлеске с вынутым из кобуры пистолетом, чтобы его не застали врасплох за таким интимным делом. Свое дело я справил и потом последовал совету старшего брата, тщательно вытерев задницу пучком блестящих зеленых листьев. Это оказался ядовитый плющ.
Писательство - работа одинокая. И если есть кто-то, кто в тебя верит - это уже очень много. Тому, кто верит, не надо произносить речей. Он верит - этого достаточно.
Не ждите прихода муза. Как я уже говорил, это тупоголовый мужик, не поддающийся творческому трепету.
Я помню охватившее меня чувство возможности этой идеи, будто меня ввели в огромный дом, полный закрытых дверей, и разрешили открывать любые, какие захочу. Дверей было больше, чем может открыть за свою жизнь один человек, – так я тогда думал. (И сейчас так думаю.)
Давайте проясним одну вещь прямо сейчас, о'кей? Нет на свете Свалки Идей, нет Центрального Хранилища, нет Острова Погибших Бестселлеров. Хорошие идеи рассказов приходят в буквальном смысле ниоткуда, падают прямо на голову с ясного неба: две совершенно отдельные мысли сцепляются вместе, и под солнцем возникает что то новое. Ваша работа не искать эти идеи, а узнать их, когда они появятся.
Чтение в кровати – это рай, если на книгу падает достаточно света и если не проливать на страницы кофе или коньяк.
«Надул меня раз – пусть тебе будет стыдно. Надул меня второй раз – пусть стыдно будет мне. Третий раз – стыд нам обоим».
Если пишешь (книги, или картины, или лепишь, или поешь – все равно), кто-нибудь обязательно попытается тебе внушить чувство стыда за это.
С другой стороны – со стороны Джеймса Джойса, есть Харпер Ли, автор единственной книги (гениальная «Убить пересмешника»). Многие другие, в том числе Джеймс Эйджи, Малкольм Лаури и Томас Харрис (пока что), написали меньше пяти. В этом ничего нет плохого, но я вечно ломаю себе голову над двумя вопросами: сколько времени заняло у них написание книг, которые они написали и что они делали в остальное время? Пледы вязали? Устраивали благотворительные базары? Били баклуши? Может, я несколько хамски ставлю вопрос, но мне действительно, поверьте, интересно. Если Бог дал тебе что то, что ты умеешь делать, какого же черта ты этого не делаешь?