Говорит Кожаный Чулок: Деревья, которые я знал, срублены, и трудно найти лицо, которое я помнил бы в дни моей молодости.
Пока человек молод, кровь его горяча и бежит быстро, но, когда он стареет, кровь его стынет и замедляет свое течение.
Бывают минуты, когда даже самый резвый ум вдруг поддается наивным детским страхам.
Старость замораживает кровь, как зимний холод сковывает воды Великого Источника. А у юности потоки крови горячи, как солнце в ту пору, когда цветут цветы.
Разве под кожей не все люди одинаковы?
Справедливое негодование всегда таит в себе силу, заставляющую повиноваться...
— Вы каналья, мистер Дулитль! — крикнул дворецкий. — Вы не что иное, как каналья, сэр!
Мармадюк ходил по роще, осматривал деревья и возмущался небрежностью, с какой велось производство сахара.
— Досадно видеть хищничество здешних поселенцев, — сказал он. Они губят добро без всякого сожаления. Вас тоже можно упрекнуть в этом, Кэрби! Вы наносите смертельные раны деревьям, хотя было бы довольно самого лёгкого надреза. Я серьёзно прошу вас помнить о том, что понадобились столетия, чтобы вырастить эти деревья, и если мы их погубим, то уже не восстановим.
— Это меня не касается, судья, — возразил Кэрби. — Мне кажется, впрочем, что чего-чего, а деревьев в этих горах хоть отбавляй. Я своими руками вырубил полтысячи акров в штатах Вермонт и Нью-Йорк, а надеюсь вырубить и всю тысячу, если только буду жив. /…/ Но я не понимаю, почему вы так заботитесь об этих деревьях, словно о родных детях. Лес только тогда и хорош, когда его можно рубить. /…/ По-моему, никакой красоты нет в стране, которая заросла деревьями. Пни другое дело, потому что они не преграждают дороги солнечным лучам.
— …Я желал бы сберечь здешние леса не ради их красоты, а ради их пользы. Мы истребляем деревья, как будто они могут вырастать снова в один год. Впрочем, закон скоро примет под свою охрану не только леса, но и дичь, которая в них водится.
Сотканный мир лег между ними, и так было с самого начала. Этот факт делал нелепой всякую мысль о совместном хозяйстве или романтической связи. Они вместе видели ад и рай, а после такого все остальное будет шагом назад.
То, что можно вообразить, никогда не умрёт.