Мои цитаты из книг
Один из мудрецов древней Земли утверждал, что наука уничтожит человечество, но не посредством оружия массового уничтожения, а доказательством отсутствия богов. Это знание ожесточит людей, а от сознания, что человечество осталось один на один с равнодушной Вселенной, они могут впасть в безумие.
Грэм Макнилл «Лживые боги». Роман, 2006 год. Перевод с английского: И. Савельева. Читает Casper Valter. Сомнения. Вязкая вереница мыслей, которая крутится вокруг одних и тех же вопросов, на которые не в силах дать ответ единственный, кто может поучать Воителя Хоруса. Гнетущее чувство долга, скорбь по павшим и неотомщённым товарищам, понимание врага и сочувствие к его участи, безмерное обожание Императора и его доктрин, чувство одиночества и непонимания, безрезультатный поиск...
- Если для спасения Легиона требуется пойти на предательство и убийство, значит, Легион не достоин спасения!
Грэм Макнилл «Лживые боги». Роман, 2006 год. Перевод с английского: И. Савельева. Читает Casper Valter. Сомнения. Вязкая вереница мыслей, которая крутится вокруг одних и тех же вопросов, на которые не в силах дать ответ единственный, кто может поучать Воителя Хоруса. Гнетущее чувство долга, скорбь по павшим и неотомщённым товарищам, понимание врага и сочувствие к его участи, безмерное обожание Императора и его доктрин, чувство одиночества и непонимания, безрезультатный поиск...
Какое дело заставило тебя прибыть без предупреждения и уложить половину моей команды с сердечным приступом?
Грэм Макнилл «Лживые боги». Роман, 2006 год. Перевод с английского: И. Савельева. Читает Casper Valter. Сомнения. Вязкая вереница мыслей, которая крутится вокруг одних и тех же вопросов, на которые не в силах дать ответ единственный, кто может поучать Воителя Хоруса. Гнетущее чувство долга, скорбь по павшим и неотомщённым товарищам, понимание врага и сочувствие к его участи, безмерное обожание Императора и его доктрин, чувство одиночества и непонимания, безрезультатный поиск...
Нет, моя дорогая, невежество и страх создают богов, восторженность и обман поддерживают их, а человеческая слабость им поклоняется. Так было всегда, на протяжении всей истории. А когда люди ниспровергают старых богов, они находят новых, чтобы поставить на освободившееся место.
Грэм Макнилл «Лживые боги». Роман, 2006 год. Перевод с английского: И. Савельева. Читает Casper Valter. Сомнения. Вязкая вереница мыслей, которая крутится вокруг одних и тех же вопросов, на которые не в силах дать ответ единственный, кто может поучать Воителя Хоруса. Гнетущее чувство долга, скорбь по павшим и неотомщённым товарищам, понимание врага и сочувствие к его участи, безмерное обожание Императора и его доктрин, чувство одиночества и непонимания, безрезультатный поиск...
Однако Каркази был достаточно сообразителен, чтобы понять: примитивное жильё хорошо лишь тогда, когда не приходиться в нем жить.
Грэм Макнилл «Лживые боги». Роман, 2006 год. Перевод с английского: И. Савельева. Читает Casper Valter. Сомнения. Вязкая вереница мыслей, которая крутится вокруг одних и тех же вопросов, на которые не в силах дать ответ единственный, кто может поучать Воителя Хоруса. Гнетущее чувство долга, скорбь по павшим и неотомщённым товарищам, понимание врага и сочувствие к его участи, безмерное обожание Императора и его доктрин, чувство одиночества и непонимания, безрезультатный поиск...
— Мне кажется, что вы неправы, но вы нас победили, и мое мнение больше ничего не значит.
Грэм Макнилл «Лживые боги». Роман, 2006 год. Перевод с английского: И. Савельева. Читает Casper Valter. Сомнения. Вязкая вереница мыслей, которая крутится вокруг одних и тех же вопросов, на которые не в силах дать ответ единственный, кто может поучать Воителя Хоруса. Гнетущее чувство долга, скорбь по павшим и неотомщённым товарищам, понимание врага и сочувствие к его участи, безмерное обожание Императора и его доктрин, чувство одиночества и непонимания, безрезультатный поиск...
Понятия порядочности и гражданской справедливости не больше чем тонкий налет на поверхности звериного облика человека, который при каждом удобном случае вырывается наружу. Кирилл Зиндерманн.
Грэм Макнилл «Лживые боги». Роман, 2006 год. Перевод с английского: И. Савельева. Читает Casper Valter. Сомнения. Вязкая вереница мыслей, которая крутится вокруг одних и тех же вопросов, на которые не в силах дать ответ единственный, кто может поучать Воителя Хоруса. Гнетущее чувство долга, скорбь по павшим и неотомщённым товарищам, понимание врага и сочувствие к его участи, безмерное обожание Императора и его доктрин, чувство одиночества и непонимания, безрезультатный поиск...
Стоял конец апреля. Под горячими лучами весеннего солнца снег таял стремительно, и всё вокруг было наполнено тихим журчанием воды. В лесу снег был грязный, весь усыпанный клочьями чернеющего мха, сломанными веточками, гнилыми сосновыми шишками, — это хозяйничали, прыгая с ветки на ветку, белки. Берёза, накануне ещё голая, бесцветная, словно вырезанная из слоновой кости, покрылась сиреневыми и серыми серёжками и напоминала занавесь с бахромой. Раскидистый вяз, похожий на роскошный праздничный веер, выставил напоказ свои изумрудные листочки…
(Анн и Серж Голон. Книга 7. «Анжелика в Новом Свете»)
«Анжелика в Новом Свете» — седьмая из серии книг Анн Голон, открывшейся знаменитым историко-авантюрным романом «Анжелика — маркиза ангелов». Анжелика и ее муж, граф де Пейрак, а также их дети наконец воссоединились. Но после долгой разлуки им предстоит заново привыкнуть друг к другу. К тому же трудно узнать в этой сильной и смелой женщине, способной держать тяжелое ружье, месить тесто, справляться с норовистой лошадью, ту легкомысленную красавицу, что вскружила голову Людовику XIV. Горстке...
Это был весенний шафран, чистый и белый, очень ровненький, вырвавшийся из грязной земли. Под его полупрозрачными, ещё не раскрывшимися лепестками, просвечивали плотно прижавшиеся друг к другу золотистые пестики.
— О бог мой! О, какая прелесть! — сказала Анжелика, опускаясь коленями на влажную землю.
И они замерли над ним, в восхищении любуясь чудом. Нежный цветок вырос на самой кромке снега. Первый цветок! А за ним последовали другие, и с каждым днём их было всё больше. Разгребая лопатами кучи мокрого снега, они обнаруживали хилые бледно-жёлтые стебельки с крохотными бутончиками, готовыми раскрыться, и уже на следующий день под солнцем стебельки становились крепкими, зелёными, а чашечки цветка постепенно окрашивались в сиреневый цвет. Даже на самом краю крыши, над бесконечными ручейками тающего снега, склонялись вылезшие из крохотного островка мха фиалки...
(Анн и Серж Голон. Книга 7. «Анжелика в Новом Свете»)
«Анжелика в Новом Свете» — седьмая из серии книг Анн Голон, открывшейся знаменитым историко-авантюрным романом «Анжелика — маркиза ангелов». Анжелика и ее муж, граф де Пейрак, а также их дети наконец воссоединились. Но после долгой разлуки им предстоит заново привыкнуть друг к другу. К тому же трудно узнать в этой сильной и смелой женщине, способной держать тяжелое ружье, месить тесто, справляться с норовистой лошадью, ту легкомысленную красавицу, что вскружила голову Людовику XIV. Горстке...
Закинув голову, она смотрела в лазурное небо и вдруг, охваченная восторженным порывом, неожиданно для себя страстно произнесла:
— Благодарю тебя, о Создатель, за это мгновение… Благодарю за багрянец клёнов и золото тополей! И за след оленя в подлеске, и за запах лесных ягод. Благодарю за эту тишь, и за покой, и за эту прохладную воду. Благодарю за то, что я осталась жива. Благодарю, благодарю тебя, Господи, за то, что я люблю. Благодарю за моё тело, за то, что ты сохранил его мне молодым и прекрасным.
Она уронила руки, широко открытые глаза её восторженно сияли.
— Слава тебе, Новый Свет!.. Слава!..
(Анн и Серж Голон. Книга 7. «Анжелика в Новом Свете»)
«Анжелика в Новом Свете» — седьмая из серии книг Анн Голон, открывшейся знаменитым историко-авантюрным романом «Анжелика — маркиза ангелов». Анжелика и ее муж, граф де Пейрак, а также их дети наконец воссоединились. Но после долгой разлуки им предстоит заново привыкнуть друг к другу. К тому же трудно узнать в этой сильной и смелой женщине, способной держать тяжелое ружье, месить тесто, справляться с норовистой лошадью, ту легкомысленную красавицу, что вскружила голову Людовику XIV. Горстке...