– Нельзя ее просто так тут бросить, – заявил Манфрид, – а то найдет какой еретик и применит во зло. – Как применит? – Я же не еретик, откуда мне знать? Но они найдут ей применение, будь покоен.
– Кардинал валяется на койке и рассказывает что-то стенке, как обычно, – ответил Манфрид, поднимаясь, чтобы нацедить себе еще пива. – Он, похоже, раньше был неортодоксальный, а теперь – невменяемый.
-Я должен за многое поблагодарить, друг, но за это особенно. Женщины теперь еще больше привлекают меня. А их запах! А стук сердца! А вкус их крови...- Он даже зажмурился. - Delicioso. Я недоверчиво взглянула на Кости: -Ты превратил его в еще более похотливое животное!
- Американцы, - пробормотал Влад, пользуясь тем, что оставшиеся зрители вновь разразились воплями. - Каждый второй носит с собой оружие. Хорошо, что его меткость не идет ни в какое сравнение с добрыми намерениями.
Мама развернулась и направилась к баракам, а Родни поспешил следом. «Прогулка мертвеца» — подумала я, и эта мысль не имела ничего общего с сущностью вурдалака. Кости проводил их взглядом, потом снова посмотрел на меня: — Эта женщина меня пугает. Я фыркнула: — Я чувствовала это всю жизнь.
Мы строим планы, а жизнь распоряжается по-своему.
- Отлично, будет грандиозная свадьба! Нам придется потратить кучу времени, заказывая провизию. Как тебе такое главное блюдо: говядина или рыба - для людей, сырое мясо большими кусками для упырей и... бочонок свежей горячей крови в баре для вампиров. Господи, могу себе представить лицо матери.
- Кэтрин, - бросила она, как только я оказалась у нее на пути, - прочь с дороги! Я должна перемолвиться парой слов с этим ничтожеством. Поскольку Кости она обычно называла грязной скотиной, я пришла к выводу, что ничтожество относилось к Джэну.
- Как ты мог нервничать, спрашивая меня, хочу ли я выйти за тебя замуж, Кости? Я бы с радостью пожертвовала ради тебя жизнью! Почему же не согласиться жить ради тебя?
Я бегло осмотрела новое помещение базы. — Уютно. Для бомбоубежища.