Мои цитаты из книг
Провидение издевалось: оно поставило Николая во главе гигантской империи, которая по определению не могла быть доброй ни снаружи, ни внутри себя.
Юрий Арабов – прозаик, поэт, сценарист; автор книг «Биг-Бит» (главная премия им. Аполлона Григорьева), «Механика судеб», «Флагелланты», «Чудо», «Орлеан» (шорт-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА»), поэтических сборников «Воздух», «Земля»; отмечен премией «Триумф», премией им. Бориса Пастернака; премией Каннского фестиваля за сценарий к фильму Александра Сокурова «Молох». «Столкновение с бабочкой» – роман-сновидение, роман-парадокс. Как повернулась бы история России ХХ века, если бы главные ее...
Только недели две в году, в десятых числах июля, Петрополь становился похожим на европейский курорт: черная вода Гатчины делалась вдруг бархатной, волны Финского залива, разбивающиеся о Петродворец, смеялись, показывая язык. И даже грязноватый Обводный канал становился похожим на большую купальню для простонародья. Боже мой, да это же не Россия! Это прекрасная культурная страна с мыслящим камнем и говорящей водой, что шепчет сказки детям, когда заходит солнце. В такой стране не должно быть революций. В такой стране надобно жить, не воевать. Как жалко, что это всего лишь на две недели!..
Юрий Арабов – прозаик, поэт, сценарист; автор книг «Биг-Бит» (главная премия им. Аполлона Григорьева), «Механика судеб», «Флагелланты», «Чудо», «Орлеан» (шорт-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА»), поэтических сборников «Воздух», «Земля»; отмечен премией «Триумф», премией им. Бориса Пастернака; премией Каннского фестиваля за сценарий к фильму Александра Сокурова «Молох». «Столкновение с бабочкой» – роман-сновидение, роман-парадокс. Как повернулась бы история России ХХ века, если бы главные ее...
Глаза его горели жаждой пустоты, потому что любая новость пуста – ее легко заменить на другую. А через день забудутся обе.
Юрий Арабов – прозаик, поэт, сценарист; автор книг «Биг-Бит» (главная премия им. Аполлона Григорьева), «Механика судеб», «Флагелланты», «Чудо», «Орлеан» (шорт-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА»), поэтических сборников «Воздух», «Земля»; отмечен премией «Триумф», премией им. Бориса Пастернака; премией Каннского фестиваля за сценарий к фильму Александра Сокурова «Молох». «Столкновение с бабочкой» – роман-сновидение, роман-парадокс. Как повернулась бы история России ХХ века, если бы главные ее...
Границы человеческой свободы определяет честность. Если перед людьми и Богом ты ничего не скрываешь, то любое испытание, выпавшее на твою долю, будет столкновением с бабочкой.
Юрий Арабов – прозаик, поэт, сценарист; автор книг «Биг-Бит» (главная премия им. Аполлона Григорьева), «Механика судеб», «Флагелланты», «Чудо», «Орлеан» (шорт-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА»), поэтических сборников «Воздух», «Земля»; отмечен премией «Триумф», премией им. Бориса Пастернака; премией Каннского фестиваля за сценарий к фильму Александра Сокурова «Молох». «Столкновение с бабочкой» – роман-сновидение, роман-парадокс. Как повернулась бы история России ХХ века, если бы главные ее...
Если бы я не любил Россию, я бы не жил за границей...
Юрий Арабов – прозаик, поэт, сценарист; автор книг «Биг-Бит» (главная премия им. Аполлона Григорьева), «Механика судеб», «Флагелланты», «Чудо», «Орлеан» (шорт-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА»), поэтических сборников «Воздух», «Земля»; отмечен премией «Триумф», премией им. Бориса Пастернака; премией Каннского фестиваля за сценарий к фильму Александра Сокурова «Молох». «Столкновение с бабочкой» – роман-сновидение, роман-парадокс. Как повернулась бы история России ХХ века, если бы главные ее...
Неужели России всегда выбирать между плохим и очень плохим?
Юрий Арабов – прозаик, поэт, сценарист; автор книг «Биг-Бит» (главная премия им. Аполлона Григорьева), «Механика судеб», «Флагелланты», «Чудо», «Орлеан» (шорт-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА»), поэтических сборников «Воздух», «Земля»; отмечен премией «Триумф», премией им. Бориса Пастернака; премией Каннского фестиваля за сценарий к фильму Александра Сокурова «Молох». «Столкновение с бабочкой» – роман-сновидение, роман-парадокс. Как повернулась бы история России ХХ века, если бы главные ее...
Голос у мамы был злым и язвительным, но и веселым тоже. И от этого странного сочетания интонаций у Джесси закружилась голова. Ей казалось, что только взрослые могут совмещать такие разные чувства. Если бы чувства были едой, то у взрослых они были бы как бифштекс, залитый шоколадом, или картофельное пюре с кусочками ананаса, или рисовые мюсли с перцем чили вместо сахара. Джесси подумалось, что быть взрослым – это скорее наказание, а не какая-то там привилегия.
Чета Бирлингейм решила посетить свой летний домик на берегу озера, чтобы провести время вдвоем. В результате обычных для этой семейной пары сексуальных игр Джесси оказывается в ужасной ситуации. Руки прикованы наручниками к кровати, муж мертв, дом незаперт... Все страхи, которые она когда-либо испытывала в жизни, в одночасье вернулись и заполонили уединенный дом, мгновенно превратившийся в зловещую камеру пыток...
Когда привычный образ жизни человека разрушается, да еще так внезапно, он должен уцепиться хоть за что-то понятное и предсказуемое.Потому что если совершенно не за что уцепиться, если рядом нет ни одной вещи, в которой была бы хоть капля смысла, этот новый порядок вещей бросает человека в пропасть безумия.
Чета Бирлингейм решила посетить свой летний домик на берегу озера, чтобы провести время вдвоем. В результате обычных для этой семейной пары сексуальных игр Джесси оказывается в ужасной ситуации. Руки прикованы наручниками к кровати, муж мертв, дом незаперт... Все страхи, которые она когда-либо испытывала в жизни, в одночасье вернулись и заполонили уединенный дом, мгновенно превратившийся в зловещую камеру пыток...
...настоящее можно улучшить, исследуя прошлое.
Чета Бирлингейм решила посетить свой летний домик на берегу озера, чтобы провести время вдвоем. В результате обычных для этой семейной пары сексуальных игр Джесси оказывается в ужасной ситуации. Руки прикованы наручниками к кровати, муж мертв, дом незаперт... Все страхи, которые она когда-либо испытывала в жизни, в одночасье вернулись и заполонили уединенный дом, мгновенно превратившийся в зловещую камеру пыток...
Когда живешь с мужем почти двадцать лет, не станешь говорить ему, что каждый раз, когда ухмыляется, он слегка похож на дебила.
Чета Бирлингейм решила посетить свой летний домик на берегу озера, чтобы провести время вдвоем. В результате обычных для этой семейной пары сексуальных игр Джесси оказывается в ужасной ситуации. Руки прикованы наручниками к кровати, муж мертв, дом незаперт... Все страхи, которые она когда-либо испытывала в жизни, в одночасье вернулись и заполонили уединенный дом, мгновенно превратившийся в зловещую камеру пыток...