admin

Наверно, это беда гения. Кто владеет таким даром - или, может быть, дар владеет им, - тот до старости остается ребенком.

– Это нечестно, – говорил он. – Зачем ты меня создал и никому не приказал меня любить?

Он будет всю жизнь жаждать справедливости,а ведь ее нет на свете.

Известная доля безумия - и тебя или посадят под замок, или сделают святым.

Арлекин

Бернард Корнуэлл

XIV век. Начало Столетней войны, но уже много смертельных сражений сыграно, церквей разграблено, а душ загублено. Много городов, поместий и домов сожжено. На дорогах засады, грабежи, зверства. Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства. В это страшное время английский лучник Томас из Хуктона клянется возвратить священную реликвию, похищенную врагами из храма, настоятелем которого был его отец.

Жизнь таила в себе несправедливость, которой он не мог понять.

Арлекин

Бернард Корнуэлл

XIV век. Начало Столетней войны, но уже много смертельных сражений сыграно, церквей разграблено, а душ загублено. Много городов, поместий и домов сожжено. На дорогах засады, грабежи, зверства. Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства. В это страшное время английский лучник Томас из Хуктона клянется возвратить священную реликвию, похищенную врагами из храма, настоятелем которого был его отец.

Верь тому, что перед твоими глазами, тому, что пахнет, что ты можешь слышать и ощущать на вкус, что можешь увидеть и потрогать. Прочее опасно.

Арлекин

Бернард Корнуэлл

XIV век. Начало Столетней войны, но уже много смертельных сражений сыграно, церквей разграблено, а душ загублено. Много городов, поместий и домов сожжено. На дорогах засады, грабежи, зверства. Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства. В это страшное время английский лучник Томас из Хуктона клянется возвратить священную реликвию, похищенную врагами из храма, настоятелем которого был его отец.

Что толку хотеть? Нужно сражаться и победить.

Арлекин

Бернард Корнуэлл

XIV век. Начало Столетней войны, но уже много смертельных сражений сыграно, церквей разграблено, а душ загублено. Много городов, поместий и домов сожжено. На дорогах засады, грабежи, зверства. Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства. В это страшное время английский лучник Томас из Хуктона клянется возвратить священную реликвию, похищенную врагами из храма, настоятелем которого был его отец.

Не желай того, чего все равно не получишь.

Арлекин

Бернард Корнуэлл

XIV век. Начало Столетней войны, но уже много смертельных сражений сыграно, церквей разграблено, а душ загублено. Много городов, поместий и домов сожжено. На дорогах засады, грабежи, зверства. Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства. В это страшное время английский лучник Томас из Хуктона клянется возвратить священную реликвию, похищенную врагами из храма, настоятелем которого был его отец.

Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства.

Арлекин

Бернард Корнуэлл

XIV век. Начало Столетней войны, но уже много смертельных сражений сыграно, церквей разграблено, а душ загублено. Много городов, поместий и домов сожжено. На дорогах засады, грабежи, зверства. Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства. В это страшное время английский лучник Томас из Хуктона клянется возвратить священную реликвию, похищенную врагами из храма, настоятелем которого был его отец.

«...по большей части война была серой, пока стрела, попав в цель, не добавит красного».

Арлекин

Бернард Корнуэлл

XIV век. Начало Столетней войны, но уже много смертельных сражений сыграно, церквей разграблено, а душ загублено. Много городов, поместий и домов сожжено. На дорогах засады, грабежи, зверства. Никакого рыцарства, мало доблести, а еще меньше благородства. В это страшное время английский лучник Томас из Хуктона клянется возвратить священную реликвию, похищенную врагами из храма, настоятелем которого был его отец.