Наоко улыбнулась, и тут он понял, что, несмотря на сорок пятый калибр у него на поясе, в этой комнате вооружена только она.
Чтобы поладить с человеком, его необходимо понимать, а для этого, как минимум, надо говорить на одном с ним языке.
Для японца жизнь подобна куску шелка, и важна не длина куска, а его качество. Неважно, когда ты умрешь: в двадцать, тридцать или семьдесят лет, лишь бы на твоей жизни не осталось ни пятна, ни щербинки. Когда японец кончает с собой, он не смотрит вперед (по-настоящему он не верит в загробную жизнь), а оглядывается назад. Свою судьбу он оценивает в свете чего-то высшего — сёгуна, императора, семьи, фирмы… Эта подчиненность, это чувство чести — основа ткани. На ней не должно быть ни изъяна, ни грязи.
— Да, судить о человеческой жизни способен только патологоанатом
Разлука сердец всегда начинается с разлуки тел…
Тогда и она ожесточилась, ведь любовь питается чувством другого. Без практики сердце черствеет, теряешь всякую способность к взаимности. И в конце концов, пытаясь защитить себя, замыкаешься в самом грустном, что только есть на свете: в своём одиночестве.
... глубокая правда: в любви важны только поступки. Слова не стоят ничего.
Не беда, что я чувствую себя лошадью. Беда, что эта кобылка такая несчастная...
Все, что должен делать мужчина, это исполнять желания женщины, чтобы ее расслабить, и тогда ее желание совпадет с его собственным.
Молодые ничего не боятся, потому что они еще ничего не потеряли и ни за что не заплатили сполна.