Одна из воровских заповедей гласит: "Ударь человека слишком сильно - и ты сможешь ограбить его только один раз; ударь его так, чтобы он просто вырубился - и ты сможешь грабить его каждую неделю"
А при встрече со мной пусть отдают честь, а еще лучше деньги.
А еще на Диске есть Круглое море - приблизительно на полпути между Пупом и Краем. Вокруг него расположились страны, которые, как утверждают историки, и составляют цивилизованный мир - то есть тот мир, который может позволить себе содержать историков.
– Странная, проклятая страна, – произнес он. – Ты слышал, что империю окружает стена?
– Чтобы… э-э… не могли войти… эти, гм, варвары?…
– О да, очень мудрый способ защиты, – саркастически усмехнулся Коэн. - Вроде как приезжаем мы туда, смотрим: ба! – да тут двадцатифутовая стена, поедем-ка мы лучше обратно подобру-поздорову, ну и что, что три тысячи миль, все равно лучше убраться, чем взять и наделать лестниц из сосны, которая тут на каждом углу растет.
Он улыбнулся про себя. До сих пор его жизнь была так сложна. Расписания, классные журналы, куча дел, которые надо сделать, и столько всего, что делать было нельзя. А посреди всего этого жалким, пытающимся выжить червем извивался сам Профессор Спасли. Но вдруг все стало очень просто. Держишься за один конец, а другим тыкаешь в людей. Причем этим можно заниматься всю жизнь. А потом тебя подхватят и отнесут на вечную гулянку…
В Незримом Университете происходило много всякого разного, и, к общему величайшему сожалению, частью происходящего был учебный процесс. Преподавательский состав давно уже признал этот факт, смирился с ним и теперь делал все возможное, лишь бы избежать участия в данном процессе. Однако никто не жаловался, поскольку студенты также не горели желанием образовываться.
Наверное, последними словами, которые прозвучат за мгновение до того, когда вселенная сложится, словно бумажная шляпа, будет вопрос типа "Интересно, а что случится, если я нажму на вот эту кнопку?"
«Ожидая могучего коня, ты способен отыскать копыта даже у муравья».
За свою жизнь я наслушался всяких речей о том, как неплохо было бы пострадать за общее благо. Но почему-то, черт возьми, те, кто толкают эти речи, сами страдать не спешат!
- Знаешь, какое у них основное блюдо там, на побережье? – Нет. – Суп из свиного уха. И что ты на это скажешь? О чем это, по-твоему, говорит? Ринсвинд пожал плечами. – Что они очень бережливые? – Что всю остальную свинью жрет какая-то влиятельная сволочь.