Мои цитаты из книг
О́рфики – исповедующие орфи́зм, эзотерическое мистическое учение Древней Греции и Фракии, чьи священные тексты сочинены поэтом и певцом Орфеем. Орфики, устраивая мистерии, поклонялись Аполлону и пренебрегали Дионисом. Они верили в способность человека с помощью самопожертвования умилостивлять богиню неизбежности, рока – Ана́нке, и изменять будущее.
Герой нового романа Александра Иличевского «Орфики», двадцатилетний юноша, вместо того, чтобы ехать учиться в американский университет, резко меняет свою жизнь. Случайная встреча с молодой женщиной, femme fatale, рушит его планы, вовлекая в сумасшедшую атмосферу начала девяностых. Одержимый желанием спасти свою подругу от огромного долга, он вступает в рискованные отношения, апофеозом которых становится «русская рулетка» в Пашковом доме – игра в смерть…
В соседнем киоске торговал кандидат философских наук, специалист по марксистской этике; его подозрительно часто грабили.
Герой нового романа Александра Иличевского «Орфики», двадцатилетний юноша, вместо того, чтобы ехать учиться в американский университет, резко меняет свою жизнь. Случайная встреча с молодой женщиной, femme fatale, рушит его планы, вовлекая в сумасшедшую атмосферу начала девяностых. Одержимый желанием спасти свою подругу от огромного долга, он вступает в рискованные отношения, апофеозом которых становится «русская рулетка» в Пашковом доме – игра в смерть…
admin
добавил цитату
из книги
«Джек-Соломинка»
5 лет назад
Пока человек молод, он весь кипит от гнева, когда видит несправедливость, а потом, с годами, он постепенно остывает.
admin
добавил цитату
из книги
«Джек-Соломинка»
5 лет назад
Никогда безделье не объединит людей так, как их объединяет труд.
admin
добавил цитату
из книги
«Джек-Соломинка»
5 лет назад
Когда человек умело скрывает свои чувства, никогда не мешает обратить внимание на его руки.
Пока у страны не получается создать коммунистические условия для каждого, их надо дать хотя бы женщинам, ждущим ребенка. Едва женщина почувствует, что беременна, что в ней зародилась новая жизнь, надо немедленно изымать ее из обычного окружения, изымать целиком и полностью и помещать в Коммунизм.
Владимир Шаров, историк и романист, не боится представить историю как увлекательное действо, игру смыслов и аллюзий — библейских прежде всего. Его личная тема — сталинская эпоха, время больших идей и больших страстей. «Старая девочка» Вера Радостина, убежденная коммунистка, жена сталинского наркома, теряет всё — мужа, расстрелянного в 1937-м, детей, дом… Решив поставить крест на уготованной ей судьбе, она начинает «жить назад»: день за днем, сворачивая, будто ковер, свою прежнюю жизнь....
Потому что мир устроен так, что справедливости нет ни здесь, ни там, и историю пишут палачи ... а не их жертвы. У палачей остаются и дети, и внуки, а у жертв никого, и эти дети никогда не дадут переписать историю надолго.
Владимир Шаров, историк и романист, не боится представить историю как увлекательное действо, игру смыслов и аллюзий — библейских прежде всего. Его личная тема — сталинская эпоха, время больших идей и больших страстей. «Старая девочка» Вера Радостина, убежденная коммунистка, жена сталинского наркома, теряет всё — мужа, расстрелянного в 1937-м, детей, дом… Решив поставить крест на уготованной ей судьбе, она начинает «жить назад»: день за днем, сворачивая, будто ковер, свою прежнюю жизнь....
Бабенки были озорные, и пока я им объяснял, что наступила новая пора жизни для пробудившихся женщин-крестьянок, а Вера в свою очередь призывала их принять сознательное участие в мероприятиях советской власти, они поочередно поворачивались к нам спиной и, нагнувшись, задирали вверх пышные юбки.
Владимир Шаров, историк и романист, не боится представить историю как увлекательное действо, игру смыслов и аллюзий — библейских прежде всего. Его личная тема — сталинская эпоха, время больших идей и больших страстей. «Старая девочка» Вера Радостина, убежденная коммунистка, жена сталинского наркома, теряет всё — мужа, расстрелянного в 1937-м, детей, дом… Решив поставить крест на уготованной ей судьбе, она начинает «жить назад»: день за днем, сворачивая, будто ковер, свою прежнюю жизнь....
- Его жизнь теперь в твоих и моих руках!
- Да. Но мне противно расправляться с ним как бы исподтишка... Вот если бы я мог выйти с ним на честный поединок...
- Что ты говоришь, Арсен, честный поединок возможен только с честным и прямодушным противником, а для борьбы с таким подлым перебежчиком, как Яненченко, надо пользоваться его оружием, то есть коварством. Ничего плохо в этом я не вижу...
Третий роман историко-приключенческой тетралогии известного украинского писателя Владимира Кирилловича Малика о борьбе народа Украины против чужеземных захватчиков во второй половине XVII века. Читатели снова встретятся с запорожцем Арсеном Звенигорой и его друзьями — русским Романом Воиновым, поляком Мартыном Спыхальским, болгарским воеводой Младеном и его сыном Ненко, уже знакомыми им по предыдущим романам «Посол Урус-Шайтана», «Фирман султана», выпущенным издательством одной книгой в 1973...
Одиночество лучше жизни во лжи.
«Любовник для Фонтэн» — о мире богатых людей, где можно купить себе любовницу или любовника. Здесь мужчина может сделать себе карьеру в постели женщины: герой романа Тони «поднялся» от простого официанта в баре до управляющего дискотекой, при этом совершенно не комплексуя и не чувствуя себя ущербным. А если его выдворили и с должности и из постели, тоже ничего страшного. На свете много богатых женщин, которые оценят его мужские достоинства. В общем, перед слушателем — «Золушка наоборот»....