Мои цитаты из книг
"Есть врата и у нас в головах. Такие, что удерживают во всех нас безумие, чтобы оно не охватило разум."
История, написанная Кингом в форме писем и заметок. Главный герой — психиатр, к которому приходит пациент с довольно типичным психозом: он постоянно пересчитывает всё вокруг и переставляет вещи, стремясь привнести в мир гармонию. Иначе тонкая грань реальности прорвётся и в мир смогут прийти потусторонние силы. Постепенно психиатр узнаёт, что для пациента N. всё началось с некоего поля и круга древних камней…
Ты ведь и сам врач, ты знаешь, что уровень самоубийств среди психиатров чрезвычайно высок. Не оставляет мысль, что горести и жалобы пациентов, словно кислота, разъедают какую-то душевную, психическую защиту врача. В большинстве случаев этой защиты вполне хватает, чтобы не свихнуться.
История, написанная Кингом в форме писем и заметок. Главный герой — психиатр, к которому приходит пациент с довольно типичным психозом: он постоянно пересчитывает всё вокруг и переставляет вещи, стремясь привнести в мир гармонию. Иначе тонкая грань реальности прорвётся и в мир смогут прийти потусторонние силы. Постепенно психиатр узнаёт, что для пациента N. всё началось с некоего поля и круга древних камней…
Взявшись за чтение, я все больше и больше хочу Найти это место. Не потому, что игнорирую предупреждения в рукописи, нет. Скорее я уже не могу ей сопротивляться. И если это не навязчивая идея, то что тогда навязчивая идея?!
История, написанная Кингом в форме писем и заметок. Главный герой — психиатр, к которому приходит пациент с довольно типичным психозом: он постоянно пересчитывает всё вокруг и переставляет вещи, стремясь привнести в мир гармонию. Иначе тонкая грань реальности прорвётся и в мир смогут прийти потусторонние силы. Постепенно психиатр узнаёт, что для пациента N. всё началось с некоего поля и круга древних камней…
Реальность — это таинство, доктор Бонсан; мы опускаем над ней завесу повседневных дел, чтобы скрыть игру ее света и тени. Я думаю, мы закрываем лица умерших по той же причине. Лица мертвецов — это врата. Пусть пока они закрыты для нас — мы знаем: им не вечно быть на замке. Однажды они распахнутся для каждого, и каждый пройдет в свои врата.
История, написанная Кингом в форме писем и заметок. Главный герой — психиатр, к которому приходит пациент с довольно типичным психозом: он постоянно пересчитывает всё вокруг и переставляет вещи, стремясь привнести в мир гармонию. Иначе тонкая грань реальности прорвётся и в мир смогут прийти потусторонние силы. Постепенно психиатр узнаёт, что для пациента N. всё началось с некоего поля и круга древних камней…
Простая, казалось бы, задача стала вдруг неразрешимой. Иногда нас незаметно заносит в края, где выбор перестает казаться простым, а последствия принятия ошибочного решения грозят катастрофой. Возникает угроза жизни — или психическому здоровью.
История, написанная Кингом в форме писем и заметок. Главный герой — психиатр, к которому приходит пациент с довольно типичным психозом: он постоянно пересчитывает всё вокруг и переставляет вещи, стремясь привнести в мир гармонию. Иначе тонкая грань реальности прорвётся и в мир смогут прийти потусторонние силы. Постепенно психиатр узнаёт, что для пациента N. всё началось с некоего поля и круга древних камней…
Инкубы и суккубы — крайне сложная в истреблении нежить, их плохо берут заклинания и они движутся слишком быстро для стали, к тому же лично мне неприятно убивать то, что не пытается убить меня или других людей (разве что попадётся излишне впечатлительная бабуля со слабым сердцем). Ей-боги, проще ему уступить и расстаться полюбовно!
Лето — пора отпусков. Все мы любим ездить на море и Вольха с Велькой не исключение. Что ждет их впереди. Море солнце пляж, свежий ветер в волосах, новые встречи, удивительные приключения, неожиданные знакомства. Хотелось бы, НО… Вольхе снова приходится кого-то спасать, и на сей раз юных рыбачек. Вот только бы знать от кого…
От создательницы Белорского цикла, Года крысы и многого другого фанфик Ольги Громыко по фэндому Ольги Громыко о героине Ольги Громыко.
Инкуб издевательски расхохотался и исчез. — А ты, ведьма, ещё подумай... — прошелестел ветер. — Гхыр с два!!! — непрофессионально срывающимся голосом крикнула я ему вслед. — Можно и два, — вкрадчиво согласился ветер, и наваждение наконец исчезло.
Лето — пора отпусков. Все мы любим ездить на море и Вольха с Велькой не исключение. Что ждет их впереди. Море солнце пляж, свежий ветер в волосах, новые встречи, удивительные приключения, неожиданные знакомства. Хотелось бы, НО… Вольхе снова приходится кого-то спасать, и на сей раз юных рыбачек. Вот только бы знать от кого…
От создательницы Белорского цикла, Года крысы и многого другого фанфик Ольги Громыко по фэндому Ольги Громыко о героине Ольги Громыко.
— Инкуб, падла, завёлся!
— Тоже мне проблема! — Подруга непреклонно пнула корзинку обратно.
— Это вам, ведьмам, может, и не проблема, — горько упрекнула работа, и корзинка снова поползла к нашим ногам. — А нам, скромным рыбакам, ого-го какие горести и убытки: уже полгода ни одну девку замуж выдать не можем! Чуть объявят о помолвке, как тут же является эта падла и невесту девства лишает, а заодно и мозгов!
— Что, аж дотуда достаёт?! — не поверила я.
Лето — пора отпусков. Все мы любим ездить на море и Вольха с Велькой не исключение. Что ждет их впереди. Море солнце пляж, свежий ветер в волосах, новые встречи, удивительные приключения, неожиданные знакомства. Хотелось бы, НО… Вольхе снова приходится кого-то спасать, и на сей раз юных рыбачек. Вот только бы знать от кого…
От создательницы Белорского цикла, Года крысы и многого другого фанфик Ольги Громыко по фэндому Ольги Громыко о героине Ольги Громыко.
"Мужчины слышат, то им хочется, а аотсльное додумывают." Глава 32
Все мы читали автобиографический «Праздник, который всегда с тобой». Мы знаем, каким видел Париж времен своей молодости и себя в нем Хемингуэй. Но какими стали «парижские» годы для его первой жены — легендарной Хэдли? И почему Хемингуэй, который всю жизнь хранил ее письма как великую драгоценность и которой спустя годы после развода писал: «Чем больше женщин я узнаю, тем сильнее восхищаюсь тобой», оставил ее, как только к нему пришла слава? Красивой и грустной истории любви, супружества и...
Она знает, что ей нравится, и более того — понимает почему. А это редкость, особенно в наши дни, когда все несут вздор. Никогда не знаешь, кому можно верить.
Все мы читали автобиографический «Праздник, который всегда с тобой». Мы знаем, каким видел Париж времен своей молодости и себя в нем Хемингуэй. Но какими стали «парижские» годы для его первой жены — легендарной Хэдли? И почему Хемингуэй, который всю жизнь хранил ее письма как великую драгоценность и которой спустя годы после развода писал: «Чем больше женщин я узнаю, тем сильнее восхищаюсь тобой», оставил ее, как только к нему пришла слава? Красивой и грустной истории любви, супружества и...