Как из обычного мальчика получается человек, убивающий других людей?!
На могильной плите сына выбила:"Помните, люди! Он погиб ради жизни живых." Теперь я знаю, что это неправда, не ради жизни живых он погиб. ...Теперь я хочу другие слова написать на его могиле:"За что?"
Самое страшное произошло потом: уезжали мы из государства, которому эта война была нужна, вернулись в государство, которому эта война не нужна.
Я присутствовал при родах, когда моя жена рожала. В такие минуты необходим рядом близкий человек, и чтобы он держал руку. Теперь я каждую скотину мужского пола заставил бы стоять у бабы в голове, когда она рожает, когда у нее ноги рогаткой, и она вся в кровище, в дерьме. Поглядите, сукины дети, как ребенок на свет появляется. А вы так просто убиваете. Убить легко. Просто. Я думал, что сам в обморок упаду. Люди с войны приходят, а там в обморок падают. Женщина - не дверь, в которую моно зайти и выйти.
Уже в космос летают люди, а как убивали друг друга тысячи лет назад, так и убивают
У армянского радио спрашивают: что такое политика? Армянское радио отвечает: вы слышали, как писает комар? Так политика — это ещё тоньше.
Война не делает человека лучше. Только хуже.
Правда всегда стоила дорого произносящему.
Единственный документ, документ, так сказать, в чистом виде, который не внушает мне недоверия, - это паспорт или трамвайный билет. Но что они могут рассказать через сто или двести лет (дальше нынче и заглядывать нет уверенности) о нашем времени и о нас? Только о том, что у нас была плохая полиграфия... Все остальное, что нам известно под именем документа - версии. Это чья-то правда, чья-то страсть, чьи-то предрассудки, чья-то ложь, чья-то жизнь.
Никто не скажет, что там, под землёй, лежит, какая правда. Живым – ордена; мёртвым – легенды, – всем хорошо.