Люди живут, движимые своими желаниями. Без желаний нет жизни. Все, что они делают, они делают ради определенных, желанных целей. Они хотят удовольствий, любви, знаний, денег, славы. И им кажется, что в их жизни есть смысл. Но какой? Ответа нет. Есть лишь желания, и это дает человеку силы жить.
Но так есть — бывает, смотришь на человека, и понимаешь, что у него душа мертвая. Молодой или старый — все равно, он мертвый. А в другой раз смотришь на человека и видишь, что ему, несмотря на его шестьдесят или семьдесят — двадцать, а то и меньше. У него душа живая.
Если слова не позволяют мне сообщать другому себя, если другой не может мне рассказать о себе при помощи слов, и если истина, сформулированная в словах, не жилец, не лучший ли, в таком случае, способ - общаться молчанием?..
Я» – это то, что создает границы. Мы живем в мире, который разделен на «я» и «не я». И поэтому «я» вынуждено защищаться. Всегда. Враг появляется сразу вслед за установлением границ. Боится не тот, кому угрожают, боится тот, кто защищается.
У нее была возможность манипулировать любимыми мужчинами. Она могла их захомутать, женить на себе, вышколить. Для умной женщины это не проблема. Но для уважающей себя женщины – это чудовищно. Для женщины, которая хочет настоящей любви – смерти подобно.
Человеку не может выпасть ноша больше той, что он способен вынести.
Мир не закрыт от нас. Но мы, обладая собственным «я», закрыты от мира. Это мы установили границы. Это мы спрятали свои души друг от друга.
В общем, от чувства одиночества можно избавиться только одним способом — начать интересоваться кем-то, кроме себя!
У нас есть шанс быть услышанными... Хотя бы самую малость, хотя бы в самом главном. Но даже для этого мы должны будем научить свое сознание, цепляющееся за слова, смотреть поверх слов.
Что это… что это там? все белое… что? белое, о, белое, что-то белое, о! такая белизна и такая красота… вытаращив глаза, широко раскрыв слюнявый, почти беззубый рот, он, пораженный, смотрит, смотрит, смотрит на мир, который так радикально и необъяснимо изменился с тех пор, как он его видел в последний раз, и который там… о, что же это? нет ничего, кроме пышной белизны, сколько хватает глаз, все бело… чисто, дивно, ослепительно… да, там… безмолвно искрится на солнце… белая страница… нетронутая… безупречная… новая.