- Я не помню, чай вы предпочитаете или кофе, - сказал Эшли, подавая Джеку дымящийся напиток, - потому заварил и то и другое. - Спасибо. - В одной чашке.
Массовая смена фамилий порой приводила к проблемам в охране правопорядка. После инцидента в пабе, когда преступник, жертва, свидетель, домовладелец, полицейский, произведший арест, и судья — все до единого оказались Альфредами Теннисонами, закон обязал всех, кто носит данное имя, вытатуировать за ухом регистрационный номер.
– Куда вам до Ахерона! Его главные хобби – медленное убийство, пытки и флористика.
- Твой долг как ветерана кампании, оставшегося в живых и ныне здравствующего, поднять голос в защиту тех, кто принес себя в жертву. Если мы отдадим полуостров, все их жизни будут потеряны зря. - Я думаю, сэр, они и так уже потеряны, и что бы мы ни решили, этого уже не изменить никак.
- А уничтожитель памяти работает, дядя? - Что? - Уничтожитель памяти. Ты как раз испытывал его, когда я приезжала в последний раз. - Не понимаю, про что ты говоришь, деточка.
Единственным для меня вариантом заработать полного инспектора было занять освободившуюся вакансию непосредственной начальницы в случае ее ухода из отдела на повышение или же к чертовой бабушке. Но это все никак не происходило: инспектор Тернер лелеяла надежду выйти замуж за богатенького мистера Тошонадо и оставить службу, а надежда так и оставалась надеждой, поскольку раз за разом мистер Тошонадо оказывался мистером Враки, сэром Алканафтом или мсье Вжеженат.
– Кто знает, что есть правда? Правда – то, что нам кажется удобнее всего.
Площадь перед зданием была совершенно пуста, если не считать двух студентов с антивоенным лозунгом. Они узнали о приезде Фелпса и надеялись, что смогут отговорить его вести провоенную агитацию. Шансов на это у них было два - слабый и вообще никакой.
– Пошли. – Что? – У нас работа. – Ты спятила! – Возможно. – Мы что, Хроностражу подождать не можем? – Они не успеют. Это просто. Это может сделать даже макака с лоботомией. – И где же мы тебе среди ночи найдем макаку, да еще с лоботомией?
Вдалеке послышался звон разбитого стекла и приглушенное ругательство. – Что такое? – Может, крысы, – ответил Ворчи. – Выругались? – Невоспитанные крысы. Идемте…