Мои цитаты из книг
— Не снял я этот взрыв.
— Видел.
— Слишком далеко.
— Лучше слишком далеко, чем слишком близко.
Это была одна из заповедей их ремесла. Так же, как — «лучше тебя, чем меня», и Маркес задумчиво кивнул. С этой дилеммой всегда сталкиваешься на территории команчей: если слишком далеко, то ты не можешь снять, а если слишком близко, то ты уже никому не сможешь об этом рассказать.
Для военного журналиста «территория команчей» — место, где инстинкт подсказывает дать задний ход. Место, где дороги безлюдны, а вместо домов обгоревшие развалины. Где всегда сумерки, и, плотно прижавшись к стене, ты пробираешься туда, где стреляют, и слышишь, как битое стекло хрустит у тебя под ногами. Территория команчей — место, где тебя постоянно держат на прицеле снайперских винтовок… Книга выдающегося испанского прозаика Артуро Переса-Реверте «Территория команчей» — правдивая история войны...
"Война всегда одинакова, - говорил Барлес. - Во времена Трои я был слишком молод, но за последние двадцать лет мне довелось кое-что повидать. Не знаю, что вам расскажут другие, но я был там и могу поклясться, что война всегда одинакова: двое горемык в разных формах, полумертвые от страха, палят в друг друга, а какой-то представительный сукин сын, сидя с важным видом в своем кабинете под кондиционером очень далеко от того места, где идут бои, покуривая сигару, изобретает лозунги, знамена, национальные гимны и набрасывает эскизы памятников неизвестным солдатам, пока те ваяют эти памятники из грязи и дерьма. На войне наживаются лавочники и генералы, дети мои. А все остальное - фуфло".
Для военного журналиста «территория команчей» — место, где инстинкт подсказывает дать задний ход. Место, где дороги безлюдны, а вместо домов обгоревшие развалины. Где всегда сумерки, и, плотно прижавшись к стене, ты пробираешься туда, где стреляют, и слышишь, как битое стекло хрустит у тебя под ногами. Территория команчей — место, где тебя постоянно держат на прицеле снайперских винтовок… Книга выдающегося испанского прозаика Артуро Переса-Реверте «Территория команчей» — правдивая история войны...
«Небо обрушилось ему на голову, – подумал Барлес. – Мы живем, полагая, что наши усилия, наша работа, то, что мы получаем взамен них, прочны и основательны. Мы думаем, что все это надолго, что сами мы надолго. Но однажды небо обрушивается нам на голову. И оказывается, что все, чем мы владеем, – непрочно. А самое хрупкое из всего этого – наша жизнь».
Для военного журналиста «территория команчей» — место, где инстинкт подсказывает дать задний ход. Место, где дороги безлюдны, а вместо домов обгоревшие развалины. Где всегда сумерки, и, плотно прижавшись к стене, ты пробираешься туда, где стреляют, и слышишь, как битое стекло хрустит у тебя под ногами. Территория команчей — место, где тебя постоянно держат на прицеле снайперских винтовок… Книга выдающегося испанского прозаика Артуро Переса-Реверте «Территория команчей» — правдивая история войны...
Дети войны... Не наигравшиеся в игрушки, не начитавшиеся вдоволь сказок, не успевшие пресытиться докучливой родительской опекой.
Дети войны... Два коротких слова, глубоких, как колодец, горьких, как июньская полынь. Что мы можем сделать для них?
Немного. Согреть словом, одарить вниманием, поддержать сочувственным вздохом. А еще - помолиться. И о живущих ныне, и об ушедших в небытие, так и оставшихся детьми навеки.
«Прощание славянки» — документальная книга, рассказывающая о непростых судьбах детей Великой Отечественной Войны. Не наигравшиеся, не начитавшиеся вдоволь сказок, не успевшие удовлетвориться докучливой родительской опекой — всё это о них, детях войны. Главный герой повести Виктор Гладышев — один из этих детей. Человек сложной, порой драматической судьбы. Ещё до начала войны семья Вити, где было шестеро детей, лишилась матери. Великая Отечественная Война отняла последнюю опору детей — любимого...
Не сметь. Не сметь судить о войне тем, кто знает о ней понаслышке. Не сметь упрекать переживших войну. Не сметь учить их благочестию и христианской любви. Не сметь учить их - молиться. Всю правду о войне знает только Бог. Ему и вразумлять. Ему и судить. Только Богу - и никому больше.
«Прощание славянки» — документальная книга, рассказывающая о непростых судьбах детей Великой Отечественной Войны. Не наигравшиеся, не начитавшиеся вдоволь сказок, не успевшие удовлетвориться докучливой родительской опекой — всё это о них, детях войны. Главный герой повести Виктор Гладышев — один из этих детей. Человек сложной, порой драматической судьбы. Ещё до начала войны семья Вити, где было шестеро детей, лишилась матери. Великая Отечественная Война отняла последнюю опору детей — любимого...
...по-прежнему оставаясь все тем же бесстыдным, тщеславным, самодовольным существом, лишь временно и случайно утратившим уверенность в себе.
Зимний Нью-Йорк начала 1990-х. Именно сюда приводит вампира Лестата след одного из крупнейших наркодельцов Америки. На одной из тайных, принадлежащих мафиози квартир, где преступник бережёт ценнейшее собрание антикварных религиозных предметов, происходит их роковая встреча. Роковая и для Лестата, и для его жертвы. Ибо за ними незримо наблюдает сам Мемнох-дьявол, выбравший вампира Лестата себе в помощники, чтобы вместе противостоять Богу.
Ведь я не люблю даже себя самого. Естественно, я принимаю себя таким, каков я есть, и останусь преданным себе до последнего своего часа. Но я себя не люблю.
Зимний Нью-Йорк начала 1990-х. Именно сюда приводит вампира Лестата след одного из крупнейших наркодельцов Америки. На одной из тайных, принадлежащих мафиози квартир, где преступник бережёт ценнейшее собрание антикварных религиозных предметов, происходит их роковая встреча. Роковая и для Лестата, и для его жертвы. Ибо за ними незримо наблюдает сам Мемнох-дьявол, выбравший вампира Лестата себе в помощники, чтобы вместе противостоять Богу.
- Но пришел страх - страх, когда сознаешь, что даже умерев, можешь ничего не понять, что ничего может и не быть... - Да. А теперь я опасаюсь чего-то худшего. Того, что, несомненно, нечто существует, и оно, может быть, хуже, чем ничто.
Зимний Нью-Йорк начала 1990-х. Именно сюда приводит вампира Лестата след одного из крупнейших наркодельцов Америки. На одной из тайных, принадлежащих мафиози квартир, где преступник бережёт ценнейшее собрание антикварных религиозных предметов, происходит их роковая встреча. Роковая и для Лестата, и для его жертвы. Ибо за ними незримо наблюдает сам Мемнох-дьявол, выбравший вампира Лестата себе в помощники, чтобы вместе противостоять Богу.
Недремлющий разум и ненасытный характер!
Зимний Нью-Йорк начала 1990-х. Именно сюда приводит вампира Лестата след одного из крупнейших наркодельцов Америки. На одной из тайных, принадлежащих мафиози квартир, где преступник бережёт ценнейшее собрание антикварных религиозных предметов, происходит их роковая встреча. Роковая и для Лестата, и для его жертвы. Ибо за ними незримо наблюдает сам Мемнох-дьявол, выбравший вампира Лестата себе в помощники, чтобы вместе противостоять Богу.
На самом деле Маарет была единственной, кого ему стоило опасаться. Полагаю, мы оба это знали. В моих воспоминаниях о ней, однако, не осталось и тени ощущения исходящей от нее угрозы – только тайна, загадочность существа, сумевшего пережить тысячелетия, столь древнего, что каждый жест этого существа кажется движением ожившего мрамора, а его голосом с нами словно говорит все человечество.
Зимний Нью-Йорк начала 1990-х. Именно сюда приводит вампира Лестата след одного из крупнейших наркодельцов Америки. На одной из тайных, принадлежащих мафиози квартир, где преступник бережёт ценнейшее собрание антикварных религиозных предметов, происходит их роковая встреча. Роковая и для Лестата, и для его жертвы. Ибо за ними незримо наблюдает сам Мемнох-дьявол, выбравший вампира Лестата себе в помощники, чтобы вместе противостоять Богу.