Мои цитаты из книг
— Можно еще куда-нибудь пойти, — говорю. — Что бы вам хотелось посмотреть? — Стриптиз! — отвечает она с задором. — Ладно. А я-то думал, что стриптиз интересует только мужчин. — Почему только мужчин? — Потому что раздеваются женщины. — А вот меня тоже интересует. Считайте меня извращенной.
Главный герой шпионского сериала Б. Райнова Эмиль Боев — классический тип резидента с хорошо подготовленной «легендой». Двойная игра, противостояние, а иногда и сотрудничество представителей различных разведок в центре романов известного болгарского писателя.
Если смешать пюре и соус, разделить их уже нельзя. Это навсегда. Дым выходит из папиной сигареты, но не заходит обратно. Нельзя повернуть время вспять. Вот почему выбирать так трудно. Надо сделать правильный выбор. Пока выбор не сделан — всё на свете возможно.
Главный герой шпионского сериала Б. Райнова Эмиль Боев — классический тип резидента с хорошо подготовленной «легендой». Двойная игра, противостояние, а иногда и сотрудничество представителей различных разведок в центре романов известного болгарского писателя.
Много раз за свою жизнь приводилось мне есть первый хлеб нового урожая, и всякий раз, когда я подношу ко рту первый кусок, мне кажется, совершаю святой обряд.
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...
— Скажи, земля родная, когда, в какие времена так страдала, так мучилась мать, чтобы только один раз, только мельком увидеть своего сына?
— Не знаю, Толгонай. Такой войны, как в твое время, мир не знал.
— Так пусть я буду последней матерью, которая так ждала сына. Не приведи бог никому обнимать железные рельсы и биться головой о шпалы.
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...
- Скажи мне, мать земля, скажи правду: могут ли люди жить без войны?
— Ты задала трудный вопрос, Толгонай. Были народы, бесследно исчезнувшие в войнах, были города, сожженные огнем и засыпанные песками, были века, когда я мечтала увидеть след человеческий. И всякий раз, когда люди затевали войны, я говорила им: «Остановитесь, не проливайте кровь!» Я и сейчас повторяю: «Эй, люди за горами, за морями! Эй, люди, живущие на белом свете, что вам нужно — земли? Вот я — земля! Я для всех вас одинакова, вы все для меня равны. Не нужны мне ваши раздоры, мне нужна ваша дружба, ваш труд! Бросьте в борозду одно зерно — и я вам дам сто зерен. Воткните прутик — и я выращу вам чинару. Посадите сад — и я засыплю вас плодами. Разводите скот — и я буду травой. Стройте дома — и я буду стеной. Плодитесь, умножайтесь — я для всех вас буду прекрасным жилищем. Я бесконечна, я безгранична, я глубока и высока, меня для всех вас хватит сполна!» А ты, Толгонай, спрашиваешь, могут ли люди жить без войны. Это не от меня — от вас, от людей, зависит, от вашей воли и разума.
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...
...мы не выпросили себе войну и не мы ее затеяли, это огромная беда всех нас, всех людей. И мы должны проливать свою кровь, отдавать свои жизни, чтобы сокрушить, чтобы уничтожить это чудовище. Если мы этого не сделаем, то не достойны будем имени Человека. Я никогда не жаждал совершать геройства на войне. Я готовил себя к самой скромной профессии — я хотел быть учителем. Я очень хотел им быть. Но вместо мела и указки мне пришлось взять в руки оружие и стать солдатом. Не моя в этом вина. Время мое оказалось такое. Я не успел дать детям ни одного урока.
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...
- Ты пришла? - говорил он мне.
- А я думала, что ты давно ушел, - отвечала я всегда, хотя знала, что без меня он никуда не уйдет.
И потом мы шли вместе.
А заря разгоралась, золотились первыми самые высокие снежные вершины гор, и ветер со степи струился навстречу синей-синей рекой. Эти летние зори были зорями нашей любви. Когда мы шли с ним вдвоем, весь мир становился иным, как в сказке. И поле - серое, истоптанное и перепаханное становилось самым красивым полем на свете. Вместе с нами встречал восходящую зарю ранний жаворонок. Он взлетал высоко-высоко, повисал в небе, как точка, и бился там, трепыхался, словно человеческое сердце, и столько раздольного счастья звенело в его песнях...
- Смотри, запел наш жаворонок! - говорил Суванкул.
Чудно, даже жаворонок был у нас свой.
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...
О святое материнство! Одна лишь такая капля счастья окупит море твоих страданий.
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...
Ведь тут ничего не выкинешь, ничего не прибавишь: жизнь замесила всех нас в одно тесто, завязала в один узел.
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...
....недаром говорится: народ - море, в нем есть глубины и мели...
Старая Толгонай, неутомимая труженица, мудрая и глубоко человечная, на склоне лет ведет разговор с землей, с родным полем. Земля, труд, семья были источником ее радости. Война унесла самое дорогое. Но тяжкое горе не сломило, не могло сломить Толгонай, закаленную в труде, неисчерпаемую в любви к людям. Герои Чингиза Айтматова — советские люди, скромные труженики Киргизии, пламенные патриоты, связанные тысячами нитей с прошлым, настоящим и будущим — и своим личным, и своего народа. Их волнует все...