В этом весь секрет правильного управления государством – люди должны хотеть вести себя так, чтобы их отношения не требовали вмешательства короля.
Если ты умеешь читать, то можешь научиться чему угодно. Было бы желание.
Не делай ничего, что потом не сможешь исправить, пока не поймешь, чего ты будешь не в силах изменить, когда сделаешь это.
В большинстве случаев мы сами строим свою тюрьму. И так же человек создает свою свободу.
Некоторые люди воспринимают чужую удачу как личное оскорбление.
Когда обдумываешь мотивы человека, помни, что ты не должен мерить его зерно своей меркой. Он может даже не знать, что такая мера существует.
-- Ты счастливый человек. Ты можешь отделаться от того, что тебя мучит!
Я возразил: я вовсе не отделываюсь. Тем самым, напротив -- я погружаюсь.
-- Вот именно! -- вскрикнул он с жаром. -- Ты погружаешься и видишь это изнутри. А ведь изнутри не больно. -- Он коротко хохотнул: -- Какой ловкач!
Я оценил его выпад. И спросил, уточняя: ты хочешь сказать, что мы сопереживаем, чтобы нам было не больно? мы сопереживаем, чтобы погрузиться и отчасти совпасть с человеком, у которого болит, -- чтобы тем самым не видеть его боль со стороны?// За чертой милосердия.
Иногда ведь и вовсе ничего не надо, только бы ощущать свою небольшую и скромную власть каждый день (хотя бы час один, хотя бы несколько минут, но каждый день). Чтобы иметь возможность на миг встать и оглянуться на сидящих сзади и, как ни короток тот миг, увидеть, как опускают глаза, а то и гнут шеи под твоим взглядом, так как не желают оказаться не уважающими твоё кресло.
Но и антимакедонец Толстой спрашивал, почему мы не понимаем прошлого или почему так плохо его понимаем. Он взывал, он говорил об утрате, а ему отвечали, притом и вполне современно: да, мол, памятники прошлого надо беречь (вот ведь красим церкви, вот книжку старинную переиздали); он говорил о понимании, а они говорили о музее. Он говорил о человеке, а они о том, хороша ли над человеком могильная плита. Он говорил, а они не слышали. В конце концов это могло и надоесть.//"Утрата"
Возможно, в этом смысле красота и спасает мир. Она нет-нет и появляется как знак. Не давая человеку сойти с пути. (Шагая от него неподалеку. С присмотром.) Заставляя насторожиться, красота заставляет помнить.