Мои цитаты из книг
– Посмотри на этих людей, Юдж! – кричал он мне. – Они не живут – они играют в жизнь. Они играют в жизнь, как в «Монополию» или бинго-лото. Они взвешивают каждое слово, как египетские боги сердца! Они прощупывают тебя, как сигнальные ворота на выходе из магазина! Они видят, что ты курил траву, даже если это было в прошлом году. Они учуют в твоей моче, что виза твоя давно истекла. Они прочтут в твоих глазах генетически унаследованные алкоголизм и рабство. Они украдут у тебя твое сердце раньше, чем ты вспомнишь о том, что оно у тебя есть. А потом они сядут в свой скромный «фольксваген» и поедут на гриль-вечеринку, а ты останешься стоять в их поле распотрошенным чучелом. На тебя будут гадить вороны, а они где-то в саду своих друзей будут пожирать сосиски с пивом, и им будет наплевать на тебя… Они о тебе навсегда забудут! Они будут просто скучать! Понял?! С этих ублюдков станется…
Герои плутовского романа Андрея Иванова, индус Хануман и русский эстонец Юдж, живут нелегально в Дании и мечтают поехать на Лолланд – датскую Ибицу, где свобода, девочки и трава. А пока ютятся в лагере для беженцев, втридорога продают продукты, найденные на помойке, взламывают телефонные коды и изображают русских мафиози… Но ловко обманывая других, они сами постоянно попадают впросак, и ясно, что путешествие на Лолланд никогда не закончится. Роман "Путешествие Ханумана на Лолланд" был издан...
"Проститутки, наркотики, алкоголь, - сказал он тихо, с обреченностью в голосе. - Черт побери! Если б можно было жить без всех этих вещей, я бы давно был миллионером!" Я сказал ему, что не имеет смысла быть миллионером, если можешь жить без этих вещей.
Герои плутовского романа Андрея Иванова, индус Хануман и русский эстонец Юдж, живут нелегально в Дании и мечтают поехать на Лолланд – датскую Ибицу, где свобода, девочки и трава. А пока ютятся в лагере для беженцев, втридорога продают продукты, найденные на помойке, взламывают телефонные коды и изображают русских мафиози… Но ловко обманывая других, они сами постоянно попадают впросак, и ясно, что путешествие на Лолланд никогда не закончится. Роман "Путешествие Ханумана на Лолланд" был издан...
На мой взгляд, мечты - это паразиты сознания, от которых необходимо избавляться столь же тщательно, как от вшей или вируса в компьютере, как от дурных привычек, как от шалостей, как от вольностей. А "Америка" - настоящая bête noire. Самая опасная из всех. Как сирена, заманивает она на верную гибель... У нее полно рыбачьих сетей, раскинутых Голливудом во всех странах мира, реклам и мифов, песенок и куколок... И каждая обещает тебе Свободу, каждая содержит семя "American dream", каждая ведет к катастрофе. Все начинается с малого, с какого-нибудь безобидного обещания. Слова, которое не сдержал. С невинной лжи. С маленького предательства ради огромной мечты. Ведь Америка такая огромная, а жена - всего лишь тряпка, о которую можно вытереть ноги, справить в нее нужду как в унитаз, так почему бы ее не бросить совсем, ради Америки, ради Свободы! Огромное предательство духа начинается с провозглашения Великой Свободы, увенчанной ничего не значащим поступком, это может быть что угодно: измена, кража, сплетня, которую пустил дальше, унижение, жестокость по отношению к кошке... Что угодно... Это может начаться с соседской двери, на которой написал: "ЗДЕСЬ ЖИВУТ ЖИДЫ!" или "Лена - дура". Так, слово за словом, поступок за поступком, исчезаешь, предаешь в себе нечто, что тебя составляет, отказываешься от себя самого, от даже самого простого - имени. И все ради выдумки, мечты. Ради нее одной. Ты идешь на такое, что показалось бы идиотизмом, если б не мечта. Ради мечты можешь даже самое страшное. А мелочь так и подавно. Но самое страшное, как оказывается в конце концов, это мелочи. Тарканы, от которых избавиться труднее всего. Потому как если убил старушку, то один раз убил и все. А если начал врать, и еще понравилось, так уже и не остановиться. А дальше хуже. Каждый день, взращивая в себе мечту, которая затмевает все вокруг, ты бежишь от себя вчерашнего, заставляешь себя рождаться заново вместе с отвращением к миру и себе самому. Обрастаешь в причудливой среде незнакомцев какими-то новыми характеристиками, порожденными твоим вымыслом. Когда врешь каждый день, когда начинаешь сам верить в то, что врешь, легко, о, как легко потерять себя окончательно! Хочется делать все, чего боялся, от чего отказывался, в чем себе отказывал; можешь начать колоться. И кажется тебе, что тебе ничего не будет, что не переберешь, не заразишься, не умрешь. Потому что все это происходит как бы не с тобой, где-то в мечте, с тем, кого ты выдумываешь, воображаешь, с персонажем. А персонажи не могут умереть, аотому что они не живые. Они живут в мечте, в воображении, в полной сохранности, совершенно свободные, как герои комиксов или книг. Вот и получается, что мечта опасна, и ближе всего к мечте - только искусство. Но когда искусство очищено от мечтаний, но доведено до зеркальной гладкости в своем подобии жизни, вот тогда-то и понимаешь, что лучшего симулятора наркотика, чем искусство, нет! Достаточно врубить "Butthole Surfers" - и все, черпай вдохновения сколько хошь! Я слышать не мог, когда говорили, что какие-то там великие музыканты или художники глотают ЛСД или пейот, чтобы вдохновиться. Это уже было, с моей точки зрения, просто извращение какое-то, честное слово. Или очень скользкий отмаз, или очень жалкий предлог. Надо ж быть настолько неизобретательным, чтобы оправдывать искусством желание закинуться! Зачем это вообще оправдывать? Хочешь закинуться - кидайся! Жри грибы или таблетки! Это твоя жизнь, все дозволено, делай, что хочешь! Зачем отмазы строить?
Герои плутовского романа Андрея Иванова, индус Хануман и русский эстонец Юдж, живут нелегально в Дании и мечтают поехать на Лолланд – датскую Ибицу, где свобода, девочки и трава. А пока ютятся в лагере для беженцев, втридорога продают продукты, найденные на помойке, взламывают телефонные коды и изображают русских мафиози… Но ловко обманывая других, они сами постоянно попадают впросак, и ясно, что путешествие на Лолланд никогда не закончится. Роман "Путешествие Ханумана на Лолланд" был издан...
Потом нас пригласили к ним на новоселье. Это был очень короткий визит. Дом был такой старый, что, казалось, вот-вот рухнет на голову крыша; там было сыро, присутствовал неотвязно специфический запах чего-то сдохшего, довольно давно сдохшего. Было там так жутко, что хотелось постоянно то ли выйти покурить и ненароком не вернуться обратно, то ли кому-нибудь послать телеграмму с соболезнованиями.
Герои плутовского романа Андрея Иванова, индус Хануман и русский эстонец Юдж, живут нелегально в Дании и мечтают поехать на Лолланд – датскую Ибицу, где свобода, девочки и трава. А пока ютятся в лагере для беженцев, втридорога продают продукты, найденные на помойке, взламывают телефонные коды и изображают русских мафиози… Но ловко обманывая других, они сами постоянно попадают впросак, и ясно, что путешествие на Лолланд никогда не закончится. Роман "Путешествие Ханумана на Лолланд" был издан...
Хануман долго смеялся, когд узнал, что Михаил назвал сына Адамом, чтобы позлить мусульман. Ханни смеялся чуть ли не до слез, когда услышал, что Михаил верил, что теперь им дадут вид на жительство, потому что у них родился ребенок! Ханни закричал: "О, идиот! Это тебе не Америка и даже не Ирландия! Это же Дания! Дания!!! Когда ты это поймешь?"
Герои плутовского романа Андрея Иванова, индус Хануман и русский эстонец Юдж, живут нелегально в Дании и мечтают поехать на Лолланд – датскую Ибицу, где свобода, девочки и трава. А пока ютятся в лагере для беженцев, втридорога продают продукты, найденные на помойке, взламывают телефонные коды и изображают русских мафиози… Но ловко обманывая других, они сами постоянно попадают впросак, и ясно, что путешествие на Лолланд никогда не закончится. Роман "Путешествие Ханумана на Лолланд" был издан...
* c.40 Всеми соками своего духа он был устремлен в Америку. Даже советские ракеты не могли б сравниться с ним в нацеленности на Америку.
Герои плутовского романа Андрея Иванова, индус Хануман и русский эстонец Юдж, живут нелегально в Дании и мечтают поехать на Лолланд – датскую Ибицу, где свобода, девочки и трава. А пока ютятся в лагере для беженцев, втридорога продают продукты, найденные на помойке, взламывают телефонные коды и изображают русских мафиози… Но ловко обманывая других, они сами постоянно попадают впросак, и ясно, что путешествие на Лолланд никогда не закончится. Роман "Путешествие Ханумана на Лолланд" был издан...
Оптовик был хоть и оптовик, но сложения довольно мелкорозничного, в отличие от пятнадцатилетнего Аллана.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
Месть не лучшее дело, это как политика: только начни - за одним пойдет другое, было плохо, а будет хуже, пока не сделается так, что из рук вон.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
Товaрищ Стaлин окaзaлся не лыком шит (прaвду скaзaть, его отец-сaпожник лыком для шитья вовсе не пользовaлся, зaто и вязaл его не всегдa)
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...
-Кто одну правду сказывает, того и слушать не стоит, — отвечал дед.
В дом престарелых прибывает на торжественный обед по случаю столетия господина Карлсона местный начальник, но не любящий шумихи юбиляр в тапочках вылезает в окно и исчезает. За первый час свободы он успевает ограбить бандита-рэкетира, и теперь за стариком гонятся и полиция, и бандиты. Но Аллан Карлсон не впервые попадает в переделку и не теряет оптимизма и чувства юмора — авантюрист и специалист по бомбам и взрывам, он живет по принципу «все есть как есть, а будет как будет». Аллан не загадывает...