Мои цитаты из книг
— Я в одной папиной книге, — у него много старинных смешных книг, — прочла, какая красота должна быть у женщины… Там, понимаешь, столько насказано, что всего не упомнишь: ну, конечно, чёрные, кипящие смолой глаза, — ей-богу, так и написано: кипящие смолой! — чёрные, как ночь, ресницы, нежно играющий румянец, тонкий стан, длиннее обыкновенного руки, — понимаешь, длиннее обыкновенного! — маленькая ножка, в меру большая грудь, правильно округленная икра, колена цвета раковины, покатые плечи, — я многое почти наизусть выучила, так всё это верно! — но главное, знаешь ли что? — Лёгкое дыхание! А ведь оно у меня есть, — ты послушай, как я вздыхаю, — ведь правда, есть?
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
Я чувствую к нему такое отвращение, что не могу пережить этого!
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
Одни звезды, может быть, знают, как свято человеческое горе!
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
Всё и все, кого мы любим, есть наша мука, - чего стоит один этот вечный страх потери любимого!
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
"В сущности, о всякой человеческой жизни можно написать только две-три строчки".
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
Этот венок, этот бугор, дубовый крест! Возможно ли, что под ним та, чьи глаза так бессмертно сияют из этого выпуклого фарфорового медальона на кресте, и как совместить с этим чистым взглядом то ужасное, что соединено теперь с именем Оли Мещерской?
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
Но в глубине души маленькая женщина счастлива, как все преданные какой-нибудь страстной мечте люди
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
Теперь это легкое дыхание снова рассеялось в мире, в этом облачном небе, в этом холодном весеннем ветре.
На кладбище, над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий.
На кресте медальон, с которого смотрит смеющимися глазами пятнадцатилетняя девочка.
На могилу своей ученицы смотрит классная дама и вспоминает, что привело её живую и бойкую гимназистку под этот могильный холмик.
Часто говорят о той необычайной быстроте, с какой американцы проложили железнодорожный путь через равнины Дальнего Запада. Но да будет известно, что русские в этом отношении им ничуть не уступают, если даже не превосходят, как быстротой строительства, так и смелостью индустриальных замыслов.
Журналист путешествует из Баку в Пекин через горящие моря вместе с мёртвым китайским мандарином, торговцем искусственными зубами и другими интересными людьми.
На всех железных дорогах России ширина колеи равна одному метру шестидесяти сантиметрам, что превышает на девять сантиметров общепринятую колею европейских дорог. Говорят, будто у немцев изготовлено огромное количество вагонных осей этого размера на то случай, если они захотят вторгнуться в Россию. Мне хочется верить, что русские приняли те же меры предосторожности в предвидении возможного вторжения в Германию.
Журналист путешествует из Баку в Пекин через горящие моря вместе с мёртвым китайским мандарином, торговцем искусственными зубами и другими интересными людьми.