– Почему вы проектируете исключительно роскошные здания? – спросил Синяев. – Мне кажется, что и более скромный дом может удовлетворить человека. И почему ни один дом не похож на другой?
– Все, что окружает человека, – ответили ему, – должно быть красиво. Это делает жизнь приятнее. А вкусы у людей разные. На Каллисто еще не все красиво. Мы стремимся к тому, чтобы все города перестроить по-новому. Чем лучше жизнь, тем больше возрастают потребности.
– Где же предел этим потребностям?
– Пока его не видно. Да и вряд ли он может быть достигнут.
— А можно быть уверенным, что этот корабль летит на Землю не с враждебными намерениями? — неожиданно поставил вопрос Аверин. — Уэллсовщина! — пренебрежительно ответил Штерн. — Борьба миров!
Случай в жизни играет значительную роль. Иногда он расстраивает планы людей, иногда им помогает.
Никак не может создаться положение, при котором человеку нечего будет делать. Можно создать машину, целый завод, который будет работать практически бесконечно, без вмешательства человека. Но такой завод будет выпускать всегда одно и то же. Очень непривлекательна станет жизнь, если все, что вас окружает, всегда будет одно и то же. Это не жизнь. У нас все меняется, и меняется часто. Очень многое в современной жизни нас не удовлетворяет. Машина – помощник, но не более.
Как бы ни была сильна машинная техника, как бы мы ни автоматизировали производство, человек был, есть и всегда будет главной движущей силой прогресса. Никакая самая «умная» машина не может заменить творческого разума.
– Но никакие былые лишения и обиды не оправдывают собственного зла /.../
Каждому мужчине нужен наследник.
– Предательство хуже убийства, – мягко возразил Далион. – Поэтому оно всегда каралось строже. Когда предаешь – ты убиваешь собственную душу. И смерть для таких несчастных послужит лишь утешением.
Девушка печально улыбнулась и села, покорно сложив на коленях руки. Почему-то предстоящий сбор все больше и больше напоминал ей первый Совет Высочайших, на котором решалась ее судьба.
Смерть приходит во множествах обличий, но для каждого умирающего её лик по-своему прекрасен.