Когда мы любим сами, любовь - это самоотречение и пожертвование. Когда любят соседи, нам это видится самомнением и эгоизмом. "Персики"
…женщине нужно время от времени менять свою точку зрения. Им надоедает один и тот же вид – тот же обеденный стол, умывальник и швейная машина. Дайте им хоть какое-то разнообразие – немножко путешествий, немножко отдыха, немножко дурачества вперемежку с трагедиями домашнего хозяйства, немножко ласки после семейной сцены, немножко волнения и тормошни – и, уверяю вас, обе стороны останутся в выигрыше.
Дело не в дорогах, которые мы выбираем, а в том, что внутри нас, заставляет выбирать наши дороги.
— Женщины, — объявил Джадсон Тэйт, — загадочные создания.
Мне стало досадно. Не для того я уселся с ним тут, чтобы выслушивать эту старую, как мир, гипотезу, этот избитый, давным-давно опровергнутый, облезлый, убогий, порочный, лишенный всякой логики откровенный софизм, эту древнюю, назойливую, грубую, бездоказательную, бессовестную ложь, которую женщины сами же изобрели и сами всячески поддерживают, раздувают, распространяют и ловко навязывают всему миру с помощью разных тайных, искусных и коварных уловок, для того чтобы оправдать, подкрепить и усилить свои чары и свои замыслы.
Ему с детства внушили, что раз он красив, значит успех в жизни для него обеспечен.
Беседовать с ним было все равно, что слушать, как капает вода в медный таз, стоящий у изголовья кровати, когда хочется спать.
Нет искусства выше, чем искусство живой речи, — эта истина неопровержима. По лицу встречают, а по разговору провожают, гласит старая пословица на новый лад.
Женщине всегда кажется, что нет ничего невозможного или непосильного для мужчины, которого она боготворит.
Скоро старую гостиницу снесут. И в то время, когда начнут ломать массивные стены и с грохотом посыплются кирпичи по желобам, на соседних углах соберутся толпы жителей, оплакивая разрушение дорогого им памятника старины. Гражданские чувства сильны в Новом Багдаде; а пуще всех будет лить слезы и громче всех будет поносить иконоборцев тот гражданин (родом из Терр-Хот), который умиленно хранит единственное воспоминание о гостинице — как в 1873 году его там вытолкали в шею, с трудом оторвав от стойки с бесплатной закуской.
Любовь к ней равнялась гуманитарному образованию.