— Леопард — одинокий охотник, — сказал Виктор Мабаша. — Не в пример львам он ходит сам по себе, пересекает только собственный след. Днем, в самую жару, он отдыхает на деревьях вместе с орлами. А ночью охотится, в одиночку. Леопард — ловкий охотник. Но и величайший вызов для других охотников.
Быть может, покорность — один из самых трудноизлечимых недугов человека? Она коренится в глубинах человеческого существа, уродует его, поражает все и вся.
Все понять невозможно. Рассказ — это странствие, у которого нет конца.
Надо только решиться заблудиться, и тебя ждут открытия. Если осмелишься сойти с главного пути, увидишь такое, о чем те, кто мчит по автостраде и держится проложенных дорог, даже не догадываются. Я ищу забытые, заросшие тропки, подумала она. Дорожки, только и ждущие, чтобы пробудиться к жизни из глубокого сна. Нежилые дома быстро разрушаются. То же и с тропинками. Дороги, по которым никто не ходит, умирают.
Лучше всего он себя чувствовал в темноте. Чем темнее, тем лучше. Он никогда не понимал, почему священники вечно болтают о свете, якобы источаемом благодатью, вечностью, изображением Бога. Неужели чудо не совершается в темноте? Где легче Дьяволу и его приспешникам тебя найти — в мире теней или на ярком свету, где белые фигуры движутся медленно, как пена на морских волнах? Ему Господь всегда являлся как огромная и безопасная тьма.
Каждый человек хоть раз в жизни впадает в отчаяние. Это как набросок взрослой жизни. Если человек никогда не стоял у моря и не выл на луну, выкрикивая проклятия своим родителям, он никогда не станет взрослым. Принц и принцесса Беспечальные — пропащие существа. Им словно сделали анестезирующий укол в душу. Мы, живые люди, знаем, что такое горе.
Если не считать каждый шаг, пятьсот метров, четыреста или шестьсот — одно и то же.
Конец есть всегда. И здесь тоже. Но всякий конец есть начало чего-то другого. Точки, какие мы ставим в жизни, в общем-то временные
По дороге Хун видела в окно машины скудный пейзаж, серые деревни и думала, что нищета везде и всюду выглядит одинаково. Богатство может выражаться по-разному.
Каждый раз нам кажется, что страшней некуда. Однако границы кошмара постоянно отодвигаются.