Мои цитаты из книг
Вот говорят: там неразбериха, поэтому надо оттуда убираться. Но если шарахаться от всякой неразберихи, никогда ничего не добьешься.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
Больше всего мы оберегаем себя там, где жаждем вторжения.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
А глаза у нее зеленые. Сухого, усталого зеленого цвета, но это любимый цвет Кролика - цвет августовской травы.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
...Вот говорят: там неразбериха, поэтому надо оттуда убираться. Но если шарахаться от всякой неразберихи, никогда ничего не добьешься. — Аминь, — возвещает Бэби. — Жизнь вообще дерьмо.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
Бывало, мною тоже овладевала та или иная мысль. И они сменяют друг друга не потому, что появляются мысли лучшие, а потому, что старые надоедают. Через какое-то время ты понимаешь, что даже доллары и центы живут всего лишь в твоем представлении. И под конец значение имеет лишь то, что каждый день надо сбросить в унитаз несколько ядрышек. Вот это почему-то остается реальным. Если бы кто-то подошел ко мне и сказал: «Я Бог», я бы сказал: «Покажи удостоверение личности».
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
Сигарета ментоловая с каким-то хитрым фильтром. Смерть легко обмануть. Не сработают церкви — сработает фильтр.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
Одно запомни про женщин: они иначе устроены, чем мы, - легче плачут.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
Мне шестьдесят пять. Когда мне было двадцать, я сказала приятелю: хочу, чтоб меня пристрелили, когда мне будет тридцать.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
Я уж скорее пожму руку убийце, чем предателю.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...
Разница в несколько дюймов. В мире, где каждый дюйм имеет значение. Спорт. Секс. Космос. Рост Нельсона огорчает Кролика. Собственный рост ничего хорошего ему не дал, и если бы можно было отнять у себя пяток дюймов и отдать их Нельсону, он бы отдал. Если только это не больно.
Бунт Гарри, заведомо обреченный, завершился, разумеется, разгромным поражением. Гарри проиграл войну с миром, где простые радости бытия душат всякую попытку обрести свободу и независимость? Или, быть может, только теперь ему предстоит понять, что в пылу бунтарского ниспровержения основ он совершенно забыл о нормальных человеческих ценностях? Пока Гарри, упивающийся собственным унижением, боится задавать себе эти вопросы. Но рано или поздно ему придется взглянуть в лицо реальности...