admin

Но проходили годы, испуганные мальчишки и девчонки становились благоразумными взрослыми. И рождались новые дети… А все дети рождаются смелыми…

Вообще надо стараться жить, чтобы другим от тебя что-то хорошее было.

Человек рождается, чтобы радоваться жизни. Смотри, какое чистое небо, какая весна, смотри, сколько на земле интересного. Когда радуешься, разве спрашиваешь, зачем? Радуешься, вот и все.

Сильная жалость чем-то похожа на ощущение вины.

Он хороший. Только его понимать надо. Маленькие это любят.

Лужайки, где пляшут скворечники

Владислав Крапивин

Артем после войны в одной кавказской республике возвращается в город детства. Случайная встреча с подругой детства Анитой определяет его дальнейшую жизнь. Где жить? В типичном российском городе времен «становления начального капитала» или в параллельном мире «безлюдных пространств»? И там, и там свои проблемы, свои трудности. И призрак прошедшей войны не отстает от Артема...

Иногда быть откровенным совсем не трудно. Особенно в темноте и когда так вот... доверие друг к другу.

Лужайки, где пляшут скворечники

Владислав Крапивин

Артем после войны в одной кавказской республике возвращается в город детства. Случайная встреча с подругой детства Анитой определяет его дальнейшую жизнь. Где жить? В типичном российском городе времен «становления начального капитала» или в параллельном мире «безлюдных пространств»? И там, и там свои проблемы, свои трудности. И призрак прошедшей войны не отстает от Артема...

– Учится-то нормально? – А, троечник... – Троечники тоже люди...

Лужайки, где пляшут скворечники

Владислав Крапивин

Артем после войны в одной кавказской республике возвращается в город детства. Случайная встреча с подругой детства Анитой определяет его дальнейшую жизнь. Где жить? В типичном российском городе времен «становления начального капитала» или в параллельном мире «безлюдных пространств»? И там, и там свои проблемы, свои трудности. И призрак прошедшей войны не отстает от Артема...

От приключений убегать нельзя, это нечестно. Это все равно, что убегать от судьбы.

Лужайки, где пляшут скворечники

Владислав Крапивин

Артем после войны в одной кавказской республике возвращается в город детства. Случайная встреча с подругой детства Анитой определяет его дальнейшую жизнь. Где жить? В типичном российском городе времен «становления начального капитала» или в параллельном мире «безлюдных пространств»? И там, и там свои проблемы, свои трудности. И призрак прошедшей войны не отстает от Артема...

Осенние дни шли своим чередом. И вечера. Егорыч почти каждый вечер читал вслух о походе черных кирасир. Всем ребятам нравилось. Артем тоже старался не пропускать чтений, хотя стиль старика ему казался порой старомодным, а описания растянутыми. И к тому же эпизоды со стрельбой в горах напоминали многое… Однако хотелось узнать о судьбе наследника. Хотелось, чтобы конец был хороший. Можно было, конечно, попросить у Егорыча книжку и дочитать ее за два-три часа, но Артем не решался на это. Он словно боялся нарушить какой-то ритуал (или структуру Пространств?). Он даже опасался, что, если поспешит, финал повести может оказаться печальным. И это не была оставшаяся с детства бо­язнь плохих концов у книжек и кино; копошилось какое-то суеверное ощущение взаимосвязи в судьбах придуманного Максима и его, Артема Темрюка. Смешно, конечно, и все-таки…Поэтому Артем слушал с терпеливостью прилежного школьника…

Лужайки, где пляшут скворечники

Владислав Крапивин

Артем после войны в одной кавказской республике возвращается в город детства. Случайная встреча с подругой детства Анитой определяет его дальнейшую жизнь. Где жить? В типичном российском городе времен «становления начального капитала» или в параллельном мире «безлюдных пространств»? И там, и там свои проблемы, свои трудности. И призрак прошедшей войны не отстает от Артема...

А судьба казнит и без вины виноватых. Наверно, для баланса.

Лужайки, где пляшут скворечники

Владислав Крапивин

Артем после войны в одной кавказской республике возвращается в город детства. Случайная встреча с подругой детства Анитой определяет его дальнейшую жизнь. Где жить? В типичном российском городе времен «становления начального капитала» или в параллельном мире «безлюдных пространств»? И там, и там свои проблемы, свои трудности. И призрак прошедшей войны не отстает от Артема...