"Человек отличается любопытной и, видимо, счастливой особенностью - вообще не задумываться о тех вариантах будущего, которые внушают страх."
– Я же только водички глотнул. – Воду, в которой все нормальные люди моют кисточки, пить не полагается.
Чтение – это же великолепно! У вас не останется времени на пакости. Все уйдет на чтение книг.
Какие бы дурные идеи ни пришли вам в головы, игнорируйте их.
– Вас обоих можно записать в библиотеку. Чтение – это же великолепно! У вас не останется времени на пакости. Все уйдет на чтение книг.
– И познавательно, – добавила мама.
– Чем это познавательно? – Я похолодел от ужаса. – По-вашему, лучше сидеть взаперти и читать про лошадей, а не кататься на них на свежем воздухе?
– Видишь ли, Билли, – мама взъерошила мне волосы, – порой можно прокатиться только на той лошади, которая у тебя в голове.
Понятия не имею, что она хотела этим сказать.
Ему не терпелось выяснить, что она имела в виду, когда говорила про неприятности. Сводятся ли неприятности к строгому выговору? Или неприятности означают быть подвешенным за ноги над ямой с крокодилами?
«Внутри библиотеки сбылись мои худшие опасения. Там не оказалось ничего, кроме книг. Книг, которые только и ждали, чтобы спрыгнуть с полки и наскучить мне до смерти. Казалось, они наблюдают за мной со своих насестов. Я так и видел, как книги подталкивают друг друга локтями и злорадно переговариваются:
– Смотрите, смотрите – еще двое мальчишек слишком весело проводят время. Ничего, скоро мы положим этому конец».
– Опасно? Что может быть опасного в библиотеке? – удивился папа. – В этой библиотеке, – мой старший брат перешел на шепот, – водится Библиотекарша.
Как ни печально, но взрослые знают лишь специальную правду для взрослых. Настоящая правда известна только детям. И уж если кто вышел из детского возраста, он никогда не станет вести себя с нами на равных, поскольку не воспринимает всерьез ни единого нашего слова.
Один младший брат – уже достаточно плохо, а трое – слишком суровая кара для одного человека. Младшие братья никогда ни в чем не виноваты. Стоит Донни, Берту и Эйч Пи похлопать голубыми глазками да подрожать нижней губой, как им тут же все прощается. Уверен, если кто-нибудь из их троицы загонит мне в голову топор, он отделается жалкими десятью минутами без телевизора да заработает не слишком суровый взгляд. Наши младшие братцы – избалованные вонючки.