Этот город сулил новые встречи. Шагая по проспекту, ведущему из Булонского леса в Трокадеро, я поднимала голову и глядела на освещенные окна домов. Каждое из них казалось мне обещанием, знаком, что все возможно. Несмотря на палую листву и дождь, воздух был насыщен электричеством. Странная осень. Непохожая на другие и навсегда оторванная от всего остального в моей жизни. Там, где я живу теперь, осени не бывает. Маленький порт на Средиземном море, где время для меня остановилось навсегда. Солнце… Каждый день – солнце, и так будет до самой моей смерти. В редкие наезды в Париж за последующие годы мне с трудом верилось, что именно здесь я провела ту осень. Тогда все было куда более ярким, более таинственным – улицы, глаза прохожих, огни, - словно я грезила во сне или наглоталась «дури». А может, я просто была слишком молода и напряжение оказалось мне не по силам.
(Часть 1)
(Старый ночной Париж. Осенний пейзаж. Картины мастихином. Художник Рыбаков.)
Бывают люди, которые демонстрируют вам свои наклеенные в альбомах фотографии, где запечатлен каждый миг их жизни. Им повезло, - наверное, у них всегда был под рукой аппарат, верный свидетель и спутник. Мы же никогд не думали об этом, ни Рене, ни я. Нам было достаточно просто жить, день за днем. (Часть 3)
Маме же вообще все равно, что читать; она проституирует свою грамотность.
У меня было бунтарское настроение, поэтому я надел красные носки. Это строго запрещено, но мне теперь начхать.
Я почитaл немного "Гордость и предубеждение", но очень уж стaромоднaя книжкa. Джейн Остин стоит писaть более современным языком.
Экскурсия четвертого "Г" класса в Британский Музей7.00. Сели в автобус.
7.05. Съели завтраки, выпили низкокалорийные напитки.
7.10. Остановка автобуса: Барри Кента тошнит.
7.20. Остановка автобуса: Клэр Нильсон захотела в туалет.
7.30. Автобус выехал со школьного двора.
7.35. Автобус вернулся на школьный двор: Мисс Фоссингтон-Гор забыла сумочку.
7.40. Водитель начал вести себя как-то странно.
Бабушка выпустила пса из сарая и сказала маме, что это жестоко – запирать животное. Пса вырвало на кухне. Бабушка его снова заперла.
Читаю “Черного принца” Айрис Мэрдок. Из десяти слов понимаю одно. Но поставил себе цель: научиться получать удовольствие от ее книг. Тогда точно буду знать, что не принадлежу к человеческому стаду.
Разговор перестал быть цивилизованным около пяти часов, когда папа узнал, как давно мама и мистер Лукас любят друг друга.
Мои прыщи так ужасны, что писать о них нет мочи. В классе меня засмеют. Читаю “Человека в железной маске”. Отлично понимаю, что он чувствовал.