Нет одиночества страшнее,чем одиночество вдвоем.
Любить - не значит отказываться от своей свободы, это значит, придавать ей смысл...
Есть люди, которые видят вещи такими, какие они есть, и задаются вопросом «почему?». А я вот вижу их такими, какими они могли бы быть, и говорю себе: «Почему бы и нет?»
Только любовь и дружба скрашивают одиночество наших дней. Счастье - не данность, за него надо постоянно бороться. И когда оно приходит, важно уметь его принять.
Маска добродушия, почти приросшая к его лицу за эти годы, постепенно исчезала. - Нет, ты наверняка один. Совсем один. Так же, как я когда-то, помнишь?
Дверь открыла гнусная старуха – босиком, в некогда шерстяной, а ныне на девяносто процентов дырявой кофте, наброшенной на угловатые плечи.
Ребусу казалось, что чем дороже вещь, тем она должна быть меньше и проще.
Не иначе как пришла пора перестать молиться, мрачно подумал Ребус. Возможно, если он перестанет молиться, Бог поймет намек и не будет больше так по-скотски относиться к одному из последних искренне верующих на этой безбожной планете.
Дождь почти перестал, но из-под колес поднимались брызги воды, скопившейся на дороге в бесчисленных трещинах. Интересно, подумал он, почему дороги тут, похоже, никогда не ремонтируют, а в Эдинбурге так часто меняют покрытие, что оно становится еще хуже?
Преступность проникла всюду. Она стала жизненной силой, живительным соком, энергией общества: обманывай, разжигай вражду, убивай – и ты достигнешь власти. Чем выше положение в преступном мире, тем более хитроумными способами заново добиваются легитимности; настолько хитроумными, что раскрыть их под силу лишь горстке адвокатов, а с ними всегда можно столковаться – ведь денег на взятки теперь хватает. Достоевский все это понял, умный старый черт. Почуял, что палка горит с обоих концов.
Но бедный старина Достоевский умер, и его не пригласили в ближайшие выходные на вечеринку...