Смерть - не факт жизни. Ее нельзя пережить.
Мы все привыкли к мысли, что любовь утешает, но рядом со смертью вдруг каждый чувствует, что даже любовь — ничто.
Человеческая душа — топь, болото, джунгли. Только из запредельных далей, как мечта, как неотвязное видение, мог явиться человеку образ истинной любви, любви, что приемлет смерть, любви, что живет после смерти.
Сам по себе человек ничто. Только его любовь к кому-то имеет смысл.
Жизнь — это вереница всяких неприятностей, которые проходят. За исключением той одной, последней, которая не пройдет.
Мы помним и сожалеем лишь о тех поступках,которые бедственно отразились на нашей жизни.
Любая религия возвышает душу.
Все внезапное зреет исподволь.
Размышляя о прошлом, мы обычно пытаемся представить себе, как все могло бы сложиться к лучшему, и досадуем, что не сложилось. И вот эту-то досаду мы чаще всего и принимаем за раскаяние.
Когда мы страдаем, мы думаем, что за всем кроется сложный промысел. Но это лишь порождение нашего больного воображения.