Мои цитаты из книг
Свобода никогда не приходит сразу, в окончательном, порой страшном в своей окончательности виде. Ее первые шаги сегодня пугают своей смелостью, но кажутся микроскопическими уже через неделю
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
Штурм здания суда с последующим сжиганием дел был в интересах вовсе не революционеров, дела которых были пропуском в бессмертие и должны храниться в музеях, а тем лицам, которые не хотели, чтобы свободные потомки когда-то узнали о слабости духа, продажности, предательстве лиц, числившихся в революционерах.
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
Если тебе отводят место храбреца, его приходится занять.
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
«Все диктатуры и диктаторы мира едины страхом лишиться власти и погибнуть, и страх этот исходит от того, что они мерят подлость противников собственной подлостью.»
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
Революции катятся к демагогии и жестокости
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
Русскому уму нужна ясность. Ясность заключается в имени врага. Как только врага обнаружат и уничтожат, наступит райская жизнь, и по кисельным берегам будут бродить молочные коровы, проваливаясь в кисель по самые рога.
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
К сожалению, так часто обманывают те, кто по всем законам божеским и человеческим должен быть безукоризненно честным. И знаете почему? Для людей благородных и искренних ложь во спасение близких оказывается выше абстрактной честности. Вряд ли вы это сейчас поймете. Но предупреждаю – берегитесь честных людей. Уж они обманывают так обманывают!
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
Но главное сходство революций в том, что через полгода после их начала любой человек, попавший в их тенета, в силу того только, что жил в городе или стране с такой неладной судьбой, с умилением и ностальгией вспомнит первые недели революции, когда она, как веселая распутная дева, шла по улицам и полям, а гробы с первыми жертвами несли по центральным улицам на вытянутых руках и пели скорбные марши. И революция не только брала, брала, брала, но и обещала дать или даже что-то давала.
Кир Булычев «Штурм Дюльбера (Река Хронос. 1917)». Роман, 1992 год. Читает Юрий Заборовский.
Колчак решает захватить Проливы, а для этого счёл нужным освободить членов дома Романовых, содержащихся большевиками в Дюльбере, чтобы попутно задушить революцию.
admin
добавил цитату
из книги
«5-я волна»
5 лет назад
Некоторые вещи нельзя оставить позади. Они не принадлежат прошлому, они принадлежат тебе.
admin
добавил цитату
из книги
«5-я волна»
5 лет назад
Сумасшедшим можно назвать человека лишь в том случае, если рядом с ним есть кто-то нормальный.