Властитель должен властвовать везде, - тихо объяснял Артиан сыну, - мы представляем светскую власть, жрецы - это власть духовная, третья власть - это народ, и с ним тоже нужно считаться, а власть четвертая - это бандиты, контрабандисты, пираты, шлюхи, убийцы... Это грязь у наших ворот, но с этой грязью бороться не стоит, это бессмысленно, гораздо выгоднее управлять отщепенцами, ещё выгоднее - использовать их в своих целях. Преступники прекрасно делают всю ту грязную работу, выполнять которую император не может себе позволить!
Она и сама не знала, почему её всегда все любили, возможно, потому, что и сама Айрин очень любила людей — она всегда была готова помочь и выслушать, она сама никогда не осуждала, она всегда умела выражать неподдельное восхищение каждым, потому что искренне считала, что каждый этого достоин.
Его тихий голос разнесся в тишине...и волшебство распалось! Разлетелось, словно хрустальный бокал, брошенный с высоты...
Одноклассники, как и всегда , со страхом взирали на него, и никто-никто! - не посмел даже упрекнуть его в случившемся.
Вальс над пропастью, страшный вальс, Но нам с тобой не дано упасть! И мы танцуем, в глазах наших страсть, Вальс над пропастью, дивный вальс…
За ношение мятой формы – наказание. «Заваленная» контрольная – наказание. Опоздание – наказание. Недостойное поведение – наказание… – Слушай, – не сдержалась Айрин, – а дышать можно?
Знакомый священник говорил: «Врать грешно! Но если во благо, то можно…»
И не убивает так быстро. При умеренном потреблении человек будет жить долго. «Все есть яд, и все – лекарство, то и другое определяет доза», – процитировал я высказывание известного врача. – Во все времена люди пили, и будут продолжать пить. Запрещать бесполезно. В моей стране это пробовали, причем не раз. Люди стали употреблять всякую гадость, в результате – тысячи и тысячи безвременных смертей. Если мы не в состоянии победить зло, то следует хотя бы уменьшить его последствия.
– Простите, черр. Просто я… Представить не мог, что десять фузилеров положат двадцать гвардейцев, потеряв при этом лишь одного своего. Никогда бы не поверил, если б такое сказали. Теперь понимаю, почему Ее Величество выбрала вас. Хочу заверить: я с вами, черр! Мы с вами! Куда вы из колеи денетесь?..
Тот, кто взял в руки оружие, чтобы нести смерть невинным, перестает быть человеком. Он превращается в злобную и опасную тварь. Тем самым он сам вычеркивает себя из списка живых.