— Ой блин!… — простонал Олег любимое присловье всех попавших в затруднительное положение мальчишек...
...а аллеи всё не кончались, и костёр не приближался, хотя там уже начали — было слышно — посвистывать и аукать… И мальчишка понял,что идущая рядом девчонка в чёрном спортивном костюме и со старым (новым?) великом ЗИЛ вовсе не хочет к костру и просто сворачивает не в те аллеи. Тепло-тепло стало в груди от этого открытия.
«Хорошо, когда тебе доверяют, — думал Олег на раскладушке. — Если бы взрослые побольше нам доверяли — от нас меньше было бы неприятностей…
— Т-т-туризм, о-отряд «Т-туда-сюда»? Са-садись, по-попутчик.
Накамура устремил взгляд куда-то на тысячу ярдов внутрь себя — жители Токио довели этот взгляд до совершенства благодаря частым поездкам в переполненных вагонах метро.
Между вновь объятыми пассионарностью японцами и бесконечно усталыми американцами накопилось много непереводимого.
Двигайся, подсказывал ему мозг. Двигайся, идиот. ******** Я попал не в тот фильм! ******** Какая-то часть Вэла желала вернутся туда и пережить все это заново, вновь испытать заполнившее его ощущение силы и свободы, когда он выпустил две пули в грудь и горло Билли Койна. Но пока что Вэл не воспользовался ни одной из своих ампул, чтобы пережить случившееся вторично. Почему-то это казалось ему ... грязным. ******* Мир Ника умер. остался только мир его фантазий, мир хэппи-энда, куда его погружали постоянно: котенок, которого топят снова и снова и всякий раз не до конца.
Ведь это, кажется, Токвиль сказал: «Демократия и социализм не имеют ничего общего, кроме одного слова — „равенство“. Но обратите внимание на разницу: если демократия стремится к равенству в свободе, то социализм — к равенству в ограничениях и рабстве.
Вэл вяло ответил, что эта правая антихалифатская брехня потеряла всякий смысл еще до того, как Леонард впал в старческий маразм. Как и все американские дети, Вэл с детского сада изучал Коран и знал, что ислам — религия мира. Это знал любой недоумок.
«Социализм — философия неудачников, манифест невежества, евангелие от зависти, где добродетелью считается равенство в распределении нищеты»