Мои цитаты из книг
— «Второй Мир» — это уже не игра. И уж тем более не вшивая игра. Это целый мир. Возможно, даже получше нашего. — Ты играешь? — Я? Что ты, там по-настоящему играют лишь бездельники при деньгах, остальные работают как ломовые лошади. А зачем мне работать в Сети, если я и здесь неплохо устроился?
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
Неожиданно во все поле зрения вспыхнула надпись, выполненная огромными готическими буквами кроваво-красного цвета: «Эксклюзивное предложение. Только сегодня. Вам доступна новая раса: „ррох“. Хотите подробнее ознакомиться с характеристиками расы?» — У меня рабочий аккаунт и нет свободных денег. Надпись не гасла, сексуальная девушка тоже помалкивала. — Ну ладно, почему бы и нет. Хочу. Только побыстрее.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
И под жизнерадостную музыку во Второй Мир скатился новорожденный персонаж с невероятно дурацким распределением очков характеристик.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
Какой-то ловкий слабак с уныло-заумными способностями. Из всех объяснений Рос понял, что его персонажу сражения не светят, а расовые способности заточены в основном под боевую составляющую игры и, значит, вряд ли ему помогут. А еще тут к интеллекту единичка полагается, а это почему-то греет душу. Умному человеку трудно смириться с тем, что его персонаж окажется полным тупицей.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
— Я уже согласился с тем, что являюсь нубом. Ответьте уже на вопрос насчет еды, и с тем разойдемся. — А чего там про еду? — не понял гном. — Сейчас ты упадешь, — хохотнул огр. — Где мне можно найти еду? Поесть? — Да ты не просто нуб — ты нуб в квадрате. Нуб фееричный, редкой породы. Реже, чем динозавр. — Согласен со всеми вашими эпитетами. И? — В любой таверне, кабаке, борделе, забегаловке. Ну ты понял.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
Имелось единственное исключение: черный парень, который непрестанно вещал с вершины лестницы. Над его головой значилось всего слово: «Грендис». И завитушки-червячка слева от никнейма, как у обычных работяг, у него не было.
Не выдержав гнета загадки, Рос вернулся к толпе, спросил у того же огра:
— У Грендиса элитный аккаунт? Почему у него имя из одного слова, да еще и более-менее нормальное?
Все, кто были рядом, дружно расхохотались, остальные обернулись на источник веселья, и даже Грендис, прервав свой речитатив, удивленно уставился на толпу.
— Откуда ты взялся, нуб? — отсмеявшись, спросил один из гномов.
Давешний огр решил в благодарность за повышение настроения приподнять полог тайны:
— Грендис — непись, дубина ты нубская. Давай, беги уже к мамке, пока пинком не поторопили.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
— Спорить даже не о чем. Он даже не понимает, что получил недоступную другим возможность стать выше. И о каком первенстве может идти речь? Его тело в клетке. — В каждой клетке имеется дверца, иначе существование клетки лишается смысла. — Считаешь, имеется вероятность обнаружения того, что ты подразумеваешь под дверцей? — Мы нашли. — Мы — не худшие варианты. — Насчет тебя не могу быть уверен. — Какие у тебя основания для такого вывода? — Основания отсутствуют. Я просто сделал попытку применить то, что создатели называют «чувство юмора».
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
Уткнувшись взглядом в раскрытую кожаную папку, он с умным видом вещал какой-то бред: — Два ишака на дерево к Тагану, посуточно, ставка в сто сорок, роба и элики предоставляются, баф в обед. Четыре шахтера туда же на медь, ставка от выработки, сто семьдесят на сотню, роба и элики предоставляются, баф в обед. Ишак на гранит к Юритасу, недельный контракт, с продлением по договоренности, ставка сто пятьдесят пять в сутки, роба и элики предоставляются, баф утром и в обед, кормежка два раза.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
— Меня намерены опять довести до комы. Я хочу знать — это навечно? Какие варианты? — Вариант встать на ноги есть. Новое тело. Клон. — Разве есть такая технология? — Официально нет, хотя для себя народ потихоньку выращивает. Не в этой стране, конечно, но не так далеко к югу все возможно.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...
Что дальше? Есть ли альтернатива? И поможет ли ее найти Моррисон? Моррисон вряд ли, но если Эдкинс дозвонится именно до него, тот, если возьмется, скорее всего, поручит это дело Вайту. А вот Вайт может найти парадный выход даже из газовой камеры, причем по его сторонам будут стоять как минимум два швейцара в ливреях, без единой пылинки. А еще Вайт ему кое-что должен, и хочется верить, что он из тех людей, которые о долгах не забывают.
Все прежние соглашения о нейтралитете и даже о дружбе забыты. Былые союзники видят теперь друг в друге угрозу и вступают в противоборство: грохочет звон клинков, стрелы пронзают небо, раскатисто гремит магический гром. Ещё недавно этот рудник был настолько нерентабелен, что никому и не был особо нужен. Но теперь он превратился в пепелище, став местом беспощадных битв. Руины неоднократно переходят от одного соперника к другому. В провинции перекрыты все дороги. Никому не позволено проходить через...