admin

Чарли засек этот переулок на прогулках в финансовый район. Переулок соединял улицы Монтгомери и Кирни и располагал все, что потребно хорошему переулку: пожарными лестницами, мусорными контейнерами, разнообразными стальными дверями, размеченными граффити, крысой, двумя чайками, ассортиментом грязи, мужиком в отключке под картонкой и полудюжиной знаков «Парковка запрещена», три из них – с пулевыми дырками. То был платонический идеал переулка.

- Правда? Я видел, листовки по всему городу расклеены: «Вы Нашли Иисуса?» Должно быть его тезка потерялся. А награду не назначили? Награда очень помогает, знаете? – Чарли в последнее время все чаще замечал, что ему трудно удержаться и не отыметь кого-нибудь в мозг, особенна если публика упорствует и ведет себя, как полные идиоты.

- Хотя мне спокойнее. Знаешь, потеря крови расслабляет. Как ты считаешь, в Средние века поэтому пиявками пользовались? Вместо транквилизаторов, а? «Да, Боб, я приду на вече, только сначала поставлю себе пиявочку. Что-то мне как-то неспокойно». Типа того.

Потом Чарли стало неловко, что его дочь «киску» использовала как оружие, и ему показалось, что приличный родитель на его месте попробовал бы сделать из происшедшего какой-то вывод — преподать урок. Поэтому он усадил за крохотный сервиз с невидимым чаем и тарелку воображаемого печенья Софи, двух плюшевых медведей и двух адских псов и завел свой первый серьезный воспитательный разговор по душам. Как отец с дочерью.
— Солнышко, ты понимаешь, зачем папа велел тебе никогда больше так не делать, правда? Почему людям не стоит знать, что ты так умеешь?
— Мы не такие, как все люди? — ответила Софи.
— Правильно, солнышко, потому что мы не такие, как все люди, — сказал он умнейшей и прекраснейшей на свете маленькой девочке. - И ты знаешь, почему так вышло, правда?
— Потому что мы китайцы и Белым Дьяволам нельзя верить?
— Нет, не потому, что мы китайцы.
— Потому что мы русские и у нас в душах много тоски?
— Нет, у нас в душах тоски немного.
— Потому что мы сильные, как медведь?
— Да, миленькая, именно. Мы не такие, потому что мы сильные, как медведь.
— Я так и знала. Еще чаю, папуля?
— Да, еще чаю было бы очень мило, Софи.

В зоомагазине он выбрал двух расписных черепах — где-то с крышку от майонезной банки. Еще он купил им большую тарелку в форме почки, где имелись собственный островок, пластмассовая пальма, какая-то водяная поросль и улитка. Последняя, надо полагать, — для поддержания черепашьей самооценки: «Это мы, что ли, медленные? Вы на этого парня гляньте». А для поддержания улиточьего духа имелся камень. Все счастливы, если есть возможность поглядывать на кого-то сверху вниз.

Альфа-пацаны со временем переключались на девчонок и спорт, а беты по-прежнему занимались пиротехникой — вплоть до половозрелости, а то и дольше. Может, альфы и ведут за собой армии мира, но всякую срань все равно взрывают беты.

Время тут не столько остановилось, сколько всплеснуло стрелками и объявило: «Нафиг! Я пошло отсюда».

Чарли пообещал себе по этому поводу запаниковать, когда выпадет свободная минута.

...телом своим он всю дорогу пользовался почти исключительно для того, чтобы носить на нем голову, в которой большую часть времени и жил

- Согласен. Извините меня. Больше не повториться. В меня стреляли, и я сразу не сообразил. - Вас постреляли? - В ногу. Кость не задело. – Всю свою жизнь Чарли ждал случая произнести такие слова и теперь чувствовал себя очень мужественно.