...Оба считали необходимым существование социальной лестницы, чтобы по ступеням ее стремились подняться люди низших классов. Касты неизбежно должны существовать. Пытаться сверх меры помогать кому-либо, хотя и бы даже и родственнику, - значит безрассудно подрывать самые основы общества. Когда имеешь дело с личностями и классами, которые в общественном и материальном положении стоят ниже тебя, надо обращаться с ними согласно привычным для них нормам. И лучшие нормы - те, которые заставляют ниже стоящих понимать, как трудно достаются деньги...
Вино — обманщик, пить — значит впасть в безумие, кто поддается обману — тот не мудр.
Его мозг можно было в это время сравнить с запертым безмолвным залом, где, против собственной воли, он оказался в полном одиночестве и вот размышляет над таинственными и и страшными желаниями или советами какой-то тёмной, первобытной части своего "я", не в силах ни отречься от нее, ни бежать и не находя в себе мужества как-либо действовать.
Знаете, у юристов есть старая пословица, что сознание собственной невиновности придает человеку спокойствие.
Видеть и делать - это совершенно разные вещи. Человек, не имеющий никакого опыта, может очень много думать о себе, а дойдет до дела - окажется, что он ни к чему не пригоден.
Глупо давать советы людям, которые не желают их принимать.
Брак — уловка, с помощью которой природа вынуждает человека осуществлять её цели, состоящие в продолжении человеческого рода.
Как и везде, люди стремились добиться тех привилегий и почестей, которые связаны с руководством и властью — пусть даже в таких мелочах, как укладка лесных материалов, строгание досок, изготовление столов и стульев, и ревниво отстаивали свое превосходство, но только это была ревность того рода, которая не мешает, а способствует достижению разумной цели.
Возвращаясь в трамвае на работу, Юджин встретил косого парнишку. Кто-то недавно сказал ему, что косоглазые мужчины приносят счастье, а косоглазые женщины — несчастье. Трепет радостного предчувствия пробежал по его телу.
Бог был для них принципом таким же непреложным, как, скажем, арифметическая истина, что дважды два — четыре, и он проявлял себя повседневно, повсечасно и ежеминутно, как в убогой каморке, так и в мире вращающихся солнц и планет. Бог — это принцип. Наконец-то Юджин понял это.