Восемнадцать лет прекрасный возраст, чтобы задуматься о собственной жизни. И подумать о смерти тоже. Особенно, если ты уже умер. Смерть - это повод повзрослеть.
Хаген вздохнул: — Да, это он. Он выходит из комы, но они накачивают его лекарствами и говорят, что мы должны подождать еще минимум два дня, прежде чем сможем поговорить с ним. — Разве плохо, что они так осторожничают? — Нет, конечно. Но как ты знаешь, нам здесь скоро потребуются какие-нибудь результаты. Это дело об убийствах полицейских нас доконает. — Два дня ведь ничего не решат? — Знаю, знаю. Но должен же я был рявкнуть на них. Это одно из преимуществ, ради которых люди работают на износ, чтобы стать начальником. Так ведь?
Задушевного друга не так-то легко найти...
Вполне возможно прожить счастливую жизнь, пребывая в неведении...
Ты мать и знаешь, какое это благословение и проклятие - быть кому-то нужным.
Арнольд Фолкестад пожал плечами: — Все, кто не может принять удар ради правосудия, должны испытывать муки совести.
Однако, как правило, месть гораздо слаще в мечтах, за яростным убийством из ревности следует раскаяние. Крещендо, для достижения которого серийный убийца прикладывает массу усилий, почти всегда оказывается антикульминацией, и ему приходится начинать все сначала.
Если бы она на пять секунд проникла в его голову и увидела, кем он является на самом деле, убежала бы она от него в ужасе? Или же в своих головах мы все больные и разница лишь в том, что некоторые выпускают своих монстров наружу, а другие — нет?
Человеческий мозг - это четырёхмерный лабиринт. Все в нём бывали, но никто не знает дороги.
...людям, которые прячут свои руки, есть что скрывать.