admin

У них у заскорузлых вояк, сделавших войну своим ремеслом, умение красно говорить в числе навыков не значится.

С весёлыми девицами ищешь веселья, а обрящешь совсем иное, ибо не одного ли корня слова "тоска" и "потаскуха"?

— Бог разделяет две непроглядных ночи кратким промежутком света.

с удовольствием даю волю своему воображению, представляя, как Вы рубите головы туркам. Пусть же достанутся оттоманам — сталь и свинец, Вам — лавры и добыча, а мне — повод лишний раз выпить за Ваше здоровье.

Иногда мы даем дьяволу то, что у него есть и так.

– Ну как тебе нравится Оран? – спросил меня Копонс. – Сонное царство какое-то, – отвечал я. – И люди здесь какие-то снулые и расслабленные. Арагонец кивнул. Провел ладонью по лицу, утирая пот. – Да, они встрепенутся, если мавры наскочат или, наоборот, – если будет готовиться набег. На человека поистине чудотворное действие оказывают нож у горла или звон в кармане…

"Бывали дни, когда ходили мы убивать. Сегодня, должно быть, настал черёд умирать".

Любви безразличен талант, она этого не понимает и даже гордится своим невежеством! Ее влечет лишь аромат молодости, благоухание цветущей жизни.

Обнажённая Маха

Висенте Бласко Ибаньес

Пронзительный, чувственный шедевр Бласко Ибаньеса более ста лет был под запретом для русского читателя! Страсть и любовь, выплеснутые автором на страницы книги просто завораживают и не отпускают читателя до последней строки.

Фэ! Академия! И художник презрительно махнул рукой, выражая презрение не только к Академии языка, но и ко всем прочим академиям, где живопись, литература и вообще любые проявления человеческой мысли, словно мумии, туго перебинтованные традициями, обычаями и слепым уважением к старине, сохранялись для вечности.

Обнажённая Маха

Висенте Бласко Ибаньес

Пронзительный, чувственный шедевр Бласко Ибаньеса более ста лет был под запретом для русского читателя! Страсть и любовь, выплеснутые автором на страницы книги просто завораживают и не отпускают читателя до последней строки.

Каждый из этих художников мечтает когда-то написать картину, способную принесет долгожданный успех, однако смерть почему-то всегда опережает исполнение подобных замыслов.

Обнажённая Маха

Висенте Бласко Ибаньес

Пронзительный, чувственный шедевр Бласко Ибаньеса более ста лет был под запретом для русского читателя! Страсть и любовь, выплеснутые автором на страницы книги просто завораживают и не отпускают читателя до последней строки.