ksanka4

Зря ты приехала, Веснушка. Сидела бы в своей Германии. Тебе спокойней. Да и мне тоже. Осталась бы в моей памяти веселой веснушчатой девчонкой, за которой я портфель таскал… Теперь ты другая. Красотка. Соблазн ходячий. И я другой. И Черным меня уже давно зовут без усмешек. А со страхом. Есть причины. Плохо, что ты приехала. Для тебя плохо.

Это Россия. Только здесь, наверно, возможно ночью встретить сидящего на лавочке во дворе обычной хрущевки мужчину с тюремными татуировками, пьющего из горла элитный виски с дешевой колой и заедающего все это дело швейцарским (теперь я в этом уже не сомневалась) шоколадом… Невероятное сочетание. Дикий диссонанс.

– Не торопись, малышка. Высокий черноволосый мужчина с хищным изгибом сексуальных губ придержал за руку испуганную девушку, рывком развернул к себе и впечатал ее в свою широкую мощную грудь. – Что вам надо? – с отчаянием спросила она, пытаясь вырваться, но безрезультатно. Жесткие татуированные пальцы сомкнулись на хрупком запястье, словно оковы. – Тебя, крошка. Твой папаша мне должен. – Нет! – она опять отчаянно дернулась, уже со слезами изучая надменное лицо своего мучителя, – нет! Он не мог,...

Это была случайность. Я подумал, что она – ветреная бабенка, она подумала, что я – насильник… В какой-то степени мы с ней оба оказались… ПРАВЫ. Я не могу перестать вспоминать нашу первую встречу, она – тоже. Вот только эмоции у нас разные. Она меня ненавидит, а я ее… ХОЧУ. И ее ненависть мне нисколько не помешает…

Они не сводят с меня глаз. Не отпускают. Как тогда, год назад… Проигранный спор, обернувшийся неожиданно сладкой расплатой. И теперь они явно хотят… Продолжения. Хотят. Меня. Мы стоим по разные стороны коридора, нас разделяет толпа студентов. Очень много людей. Но мы одни сейчас. Я и мои Звери. Я разрываю зрительный контакт и тут же чувствую, что они приближаются. Они. Идут. За мной.

– Данил… Вы что-то хотите мне еще сказать? – начала она, строго нахмурив брови, призвав на помощь весь свой преподавательский опыт. Он – парень, обычный парень, избалованный, привыкший получать все, чего ему захочется. Любой каприз. Сегодня его капризом была она. Вот только она не готова выступать в роли игрушки. Какие бы ни были у него мотивы – обломается. Она умеет разговаривать с такими. – Хочу.

- Ты думаешь, я не знаю, что эти козы решили тебе мужика подогнать? И ты это знала. И все же приперлась сюда. Вопрос: зачем? Ответ: за мужиком. Да? Она отрицательно машет головой, волосы разлетаются, прядка застревает в уголке губ. Я смотрю и глаз оторвать не могу. Злючка проклятая. Все нервы вымотала. За мужиком сюда шла, да? А вот нифига! Никакого другого мужика у нее уже не будет. Я об этом позабочусь. Она оглядывается, рвет запястье из моих рук, но бесполезно! Я резко дергаю ее в уголок, как...

— Позовите управляющего отелем, — говорит Асадов. — Здесь вообще есть управляющий? — Есть, — отвечает ему Марьяша, и он с удивлением опускает глаза вниз. — А ты ее знаешь? — Это наша мама, — говорит Маргоша. Артем присаживается перед девочками на корточки. Милаша протягивает ему Марселя. — Хотите погладить? Асадов рассеянно протягивает руку, но вовремя спохватывается. — Так где же ваша мама? «Заболела, на карантине. Нет, в больнице. А лучше в коме. Нет, в тюрьме»... Он...

«Привет. Ты меня помнишь? Я беременная». «Привет, Артем! Я Алена, которая Плохая, помнишь меня? Послушай, я беременная». «Привет, Артем! Я Алена Плохая. И я беременная». «Привет, Артем! Я Алена Плохая, а твои таблетки полный отстой!» «Помнишь, ты перепутал меня с девушкой друга, а я тебя приняла за уборщика?» Пока я безуспешно пытаюсь придумать, как лучше сообщить отцу моих детей, что он станет отцом, к киоску с рождественскими сувенирами от благотворительного фонда миллиардера Асадова...

Ну Вера! Если ты думаешь, что после всего, что было между нами той ночью, ты сможешь просто так исчезнуть, вырубив меня, то ты сильно ошибаешься! Я Герман Освальд, и я могу найти любого человека в этой стране. Как бы ты не пряталась, чтобы не придумала, найду. И стребую своё! Осталось только определиться, что мне нужно от этой смелой, но крайне безрассудной девушки… И на что я готов пойти ради того, чтобы забрать ее себе.