Я учу вас о Сверхчеловеке. Он - это море, где может потонуть ваше великое презрение.
Поистине, человек - это грязный поток. Надо быть морем, чтобы принять в себя грязный поток и не сделаться нечистым.
Прежде хула на бога была величайшей хулой. Но бог умер и вместе с ним умерли эти хулители.
Что такое обезьяна в отношении человека? Посмешище или мучительный позор. И тем же самым должен быть человек для Сверхчеловека: посмешищем или мучительным позором.
Тронули ли меня аплодисменты? Ничуть! Я ощутила странное чувство, что сидящие в зале хотят ко мне присосаться. Выпить как пиявки мою красоту и юность, а потом выбросить остатки, как сношенную негодную вещь. Мне не хотелось нравиться публике, подчиняться ее требованиям, идти в услужение. Слишком сильны были во мне гордость и самолюбие.
Вы великий человек, герр Герцен! Но вы ошибаетесь: Георг не еврей, еврейка - я!
О, откуда, откуда он взял, что Георг еврей?! Пусть даже и так. Неужели название народа, давшего миру Библию, может служить оскорблением?!
Почему-то самые бешенные немецкие романтики признают романтическое только в книгах и даже не предполагают, что оно существует в жизни.
Недаром Александр Иванович при всем своем уме и образованности ощущал себя на западе, как не раз признавался, каким-то вест-готтом или дакком, попавшим в изощренный, насквозь лживый римский мир.
Эмма терпела и молчала, вазможно, сознавая все свое женское несовершенство в сравнении с его мужским великолепием.