- Алиса в волейбол играет лучше всех. Математику знает. В Лондоне была, В Австралию летала, по-английски разговаривает даже лучше меня. Она супермен.
- Супермен - это мужчина, - сказала Катя Михайлова.
- Значит, она супергерл, - сказал Коля Садовский.
- Не супергерл, а супергерла, - поправил Мессерер. - Надо знать законы русского языка.
- Люди гуманные, - сказал Поликарп твердо. - Хоть мне приходится иногда с ними спорить и даже поправлять их, в целом я ими доволен...
- Знаешь, что эта бабушка своему мужу сейчас говорит? "Слава Богу, кошачье молоко стали по квартирам носить. Теперь нам с тобой, Ваня, ссориться ни к чему".
- А он что отвечает? - спросил Садовский.
- Он говорит:"Не беспокойся, найдем, из-за чего поссориться".
Если ты никогда вещь не видел и она необычной формы, то лучше назвать её «что-то», никогда не ошибёшься...
...не так страшны пауки настоящие, как пауки в человеческом обличье..
А мужчины, как учила Алису бабушка, должны быть сытыми. Даже самый хороший мужчина становится невыносимым, если он голодный...
Я рассказывал это не Нине. Я рассказывал это себе. И я послушно повторял факты, если Нина не верила или не понимала сразу, возвращался, когда она просила пояснить что-нибудь, и чуть было не потерял вновь ее доверия, когда сказал, что Сталин умрет...
"но ведь хлебная карточка была в том самом подвале, о котором вы успели мне сказать..."
Книга была настолько знакома, что казалось странным, как я мог ее забыть, — если бы не разговор с Ниной, так бы никогда и не вспомнил о ее существовании. И стало чуть стыдно, как перед честно отслужившим костюмом, который отдают старьевщику на верную смерть...
Согласен, я занимался чепухой. Искал то, чего и быть не могло. Но вполне допускаю, что процентов десять вполне нормальных людей, окажись они на моем месте, делали бы то же самое...