Женщина одна. Но, при ее внешности, это ненадолго. Так что, наверно, стоит поторопиться.
Я сунул Ветрянскому в руки бокал и пошел по направлению к незнакомке.
По пути разглядывал ее и чем больше смотрел, тем больше понимал, что она – как раз то, что мне нужно на сегодняшний вечер. И ночь. И как можно быстрее.
Соседка, маленькая беленькая кошечка, в ярости превращающаяся в комок агрессивной энергии. Ух, я бы ее усмирил! По-всякому… Много, очень много способов мое больное воображение плодило. Знала ли она, где обычно бывает моя ладонь, когда она визжит, бесится и стучит в стену, приказывая выключить музыку и обзывая меня малолетним придурком? И почему малолетним, кстати? Это унижалка у нее такая, что ли? Так мне же пофиг. А ей, похоже, нет. Так возбудилась, когда я ее стал в отместку тетей звать, что...
Кошка, живущая на крыше – роман Марии Зайцевой, жанр современный любовный роман. Я, на секунду зависнув, потому что ну вот совсем иначе я представляла себе восемнадцатилетнего парня, опомнилась и брыкнула его ногой. Никуда не попала, но попытка была засчитана, и меня подняли в воздух и насадили на упертое в стену бедро. Мощное такое, крепкое. Я взвизгнула и опять задергалась, после чего широкая ладонь зажала рот. Тут-то меня и накрыло осознание. Утро. Пустой подъезд. Я одна с таким...
- Зараза, ходит тут, задом своим целлюлитным трясет... - пробормотал он злобно, и только я собиралась сказать, чтоб отпустил, и нечего меня за этот самый целлюлютный зад лапать, да еще и так жестко, как он, выдохув, резко прижался к моим губам, сразу же проникая языком внутрь и по-хозяйски придерживая меня за затылок, чтоб не смогла вырваться. Это был мой первый поцелуй. Никто до него не прикасался к моим губам. Никак. Ни невинным сухим жестом, ни более развязно. И уж тем более, никто не делал...
Любимая учительница – роман Марии Зайцевой, жанр современный любовный роман, романтическая эротика.
Я преподаватель, у меня отличное место работы и карьера в перспективе.
Я молода, красива, активна.
Голоса моих любовников удаляются все дальше, и я знаю, куда они идут. На занятия по русской литературе, которые веду у них я.
И как я так попала?
ВНИМАНИЕ!
Очень откровенно!
Много эротики!
МЖМ!
ХЭ!
Внимание! Аудиозапись содержит нецензурную брань
Два брата. Разбойники, смертники.
Хантеры.
Они могут получить от общины в оплату за свои услуги все, что пожелают.
В этот раз они хотят меня...
❁❁❁❁❁
От автора: ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
МЖМ, ПОСТАПОКАЛИПСИС ВО ВСЕЙ ЕГО КРАСЕ
НЕПРАВИЛЬНЫЕ И ОЧЕНЬ ГОРЯЧИЕ МУЖЧИНЫ
НЕВИННАЯ (ПОНАЧАЛУ) ГЕРОИНЯ, ХЭ
- Поцелуй меня, пожалуйста, - жалобно попросила каменного истукана, - я никогда не целовалась…
С тем, кто нравится.
Но этого я не добавила. Даже во сне не захотела.
В его глазах буквально на долю секунды промелькнуло что-то жесткое, практически звериный отблеск… А затем он наклонился, приподнял меня повыше, сжал сильнее…
И поцеловал…
И, если спросят меня когда-нибудь : «На что похож был твой первый поцелуй?»… Я не смогу ответить.
Потому что ничего похожего никогда не испытывала.
Она– не для меня. Слишком молодая, слишком безбашенная, слишком дикая. Никогда не любил таких. Но не важно, чего я не любил раньше. Важно, что она на этот счет думает.
Взгляд его жестких, черных глаз был очень… Настойчивым. И я не хотела узнавать то выражение, что клубилось на дне его зрачков. Но узнавала. Узнавала! И пугалась еще больше. Лифт шел вниз, отчего-то крайне медленно, до жути медленно, я жалась в угол, не смея отвести глаз от его жесткого непроницаемого лица, Паша Носорог задумчиво оглаживал мою замершую в испуге фигуру внимательным взглядом, словно решая, что делать со мной дальше. И, кажется, вариантов у него был вагон с прицепом… Внимание!...
Сорокалетний спецназовец, боец ЧВК в Сирии попадает в ловушку, устроенную ИГИЛ. Джип, в котором он ехал вместе со своими товарищами, подорван на фугасе, и от смерти Петра Синельникова отделяют только десять магазинов в разгрузке и пять гранат на подвеске. Он знает, что уже мертв, но собирается отдать свою жизнь как можно дороже. Ведь спецназ не сдается! Взрыв уносит души бородатых «бесов» в их рай с гуриями, а спецназовца – в другой мир, в тело нищего паренька шестнадцати лет от роду, самого...