Янина уходила такая спокойная и неживая на вид, позволяя своей любимой лебедушке совершать такой грех. Не иначе, как без волшбы не обошлось.
Я понимала, что на месте меня удерживает волшба, но никак не могла сбросить ее с себя. Попыталась пробудить свой огонь, но тот забился куда-то в глубину свернувшись в маленький комочек, наполненный страхом.
Я пока еще не знала, встречу ли Булата снова, но отчего-то была уверена, что судьба снова сведет нас вместе, потому что он был моей половинкой, тем, кто дополнял меня, как единое целое.
я чувствовала от Асгейра только угрозу и опасность, а потом продолжала избегать.
Прямо на берегу, заросший тиной и водорослями, лежал меч.
Меч Торхельма, который когда-то принадлежал его отцу.
— Он вернулся! — только и смог произнести Булат и опустившись на колени, бережно взял клинок в руки.
Он отчего-то не сомневался в том, что девушка была чиста и не мог взять ее вот так просто, без благословения, без обряда, который соединил не только их руки, но и души.
Со временем притрутся друг к другу. А дальше что? Родит Лебедушка своему вождю сына, исполнит свой долг, и семейная жизнь пойдет своим чередом, как у всех пар что жили до них и что будут жить после. Он, как обычно, и князь знал это по себе, ищет утешения на стороне у служанок, таская их по темным чуланам и на конюшне, она — с молодыми дружинниками, достаточно привлекательными, чтобы увлечь избалованное сердце.
— Какой может быть отдых, когда возвращаешься домой?
Глаза оборотня сверкнули холодом, — Что ты сделаешь мне, кусок мяса?
Запах страха наполнил воздух, и волк повел носом, чувствуя, как поднимается в нем агрессия и желание напасть на труса.