— Я признаю ритуал, если ты назовешь хотя бы одну причину, почему я должен это сделать.
— Нет никаких причин. — Он поднял на Огаста глаза. — Все проще некуда. Без нее я не вижу смысла жить…
— Зачем нам вписываться в чью-то жизнь? Тебе и мне. Зачем? — вымолвил он на абрисском. — Пусть оба мира катятся к чертовой матери, если не готовы вписаться в нашу с тобой жизнь!
Господин Покровский, вы всегда проводите время среди замороженных креветок?
Мы — тающие призраки прошлого. В реальности нас больше не существовало.
Абрисцы говорят «черт попутал». Так вот, меня путали целым бестиарием все демоны двух миров!
В конце концов, исправить можно все, кроме смерти. Главное, что Кайден жив. Я помогу ему вспомнить о нас.
Говорят, что люди проходят пять стадий принятия неизбежного: отрицание, гнев, торг, хандра и только после этого наступает принятие.
Что скажешь?
Что мы, Кайден, все больше и больше похожи на птиц-неразлучников. И это меня пугает до мелких абрисских бесов.
Лучше бы мне умереть в пьяном коматозе, чем на утро вспоминать позорные подробности дебоша!
Последнее, что запомнилось из самого короткого в моей жизни пьяного дебоша, как стремительно захлопнулась входная дверь, и как многообещающе вспыхнула на притолоке охранная руна.