Мои цитаты из книг
Войне наплевать на нашу нелюбовь.
Игорь Иванов был в Сирии, оперировал мальчика. Затем мина, взрыв и… тьма. Это последние его воспоминания до того момента, как он оказался в совершенно чужом теле. Вместо того чтобы навсегда покинуть этот мир, он, майор медицинской службы, попал в прошлое. На дворе 1915 год, в самом разгаре Первая мировая война. Возможно, кто-то другой бы обрадовался второму шансу и попытался бы обосноваться где-нибудь на мирных землях. Но Игорь Иванов, движимый чувством долга и подталкиваемый желанием изменить...
И почему в России перманентный бардак, даже здесь, в другом мире?
Игорь Иванов был в Сирии, оперировал мальчика. Затем мина, взрыв и… тьма. Это последние его воспоминания до того момента, как он оказался в совершенно чужом теле. Вместо того чтобы навсегда покинуть этот мир, он, майор медицинской службы, попал в прошлое. На дворе 1915 год, в самом разгаре Первая мировая война. Возможно, кто-то другой бы обрадовался второму шансу и попытался бы обосноваться где-нибудь на мирных землях. Но Игорь Иванов, движимый чувством долга и подталкиваемый желанием изменить...
Оказалось, что для реформирования страны не обязательно уничтожать население собственной страны, как это делал Петр.
Игорь Иванов был в Сирии, оперировал мальчика. Затем мина, взрыв и… тьма. Это последние его воспоминания до того момента, как он оказался в совершенно чужом теле. Вместо того чтобы навсегда покинуть этот мир, он, майор медицинской службы, попал в прошлое. На дворе 1915 год, в самом разгаре Первая мировая война. Возможно, кто-то другой бы обрадовался второму шансу и попытался бы обосноваться где-нибудь на мирных землях. Но Игорь Иванов, движимый чувством долга и подталкиваемый желанием изменить...
Иногда, лучший способ уничтожить врага - исполнить все его желания.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан! Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню! Дайте мне боярышню-магичку и… Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить. Но нужно спешить. Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот. И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Только глупец не знает страха. Мудрец же принимает, как часть пути, но не позволяет управлять собой.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан! Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню! Дайте мне боярышню-магичку и… Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить. Но нужно спешить. Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот. И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Безнаказанность порождает худшие проявления человеческой натуры. Двуличных людей нельзя оставлять у власти.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан! Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню! Дайте мне боярышню-магичку и… Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить. Но нужно спешить. Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот. И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Этот парень много раз смотрел смерти в глаза, и смерть отводила взгляд.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан! Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню! Дайте мне боярышню-магичку и… Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить. Но нужно спешить. Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот. И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Вассолитет священен. Если требуешь верности, то будь ее достоин.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан! Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню! Дайте мне боярышню-магичку и… Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить. Но нужно спешить. Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот. И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Человеческая натура предсказуемо непредсказуема.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан! Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню! Дайте мне боярышню-магичку и… Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить. Но нужно спешить. Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот. И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Каждый бой начинается с первого удара.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде. Трудно только в первый раз. Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан! Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню! Дайте мне боярышню-магичку и… Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить. Но нужно спешить. Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот. И только я знаю, как выиграть войну с ними.