Анне-Катрине Вестли «Бабушка и восемь детей». Цикл повестей. Перевод с норвежского: Л. Горлина. Читает Елена Дельвер. В 1951 году, в послевоенной Норвегии, когда телевизоров в домах у людей еще почти не было и их место занимало радио, молодой актрисе. Анне-Катрине Вестли предложили вести радиопередачи самых маленьких: нужно было придумать забавный рассказик и самой же его прочесть. Из таких рассказиков потом и сложились книги «любимой бабушки всех норвежских детей». Но книги Анне-Катрине...
Вы думаете, что Милли и Мине больше никогда не доверяли сторожить Малышку Мортена? Ошибаетесь! Теперь-то папа и мама были уверены, что Милли и Мина больше никогда не уйдут от Мортена во время своего дежурства. И они были правы.
Ночью я могу сидеть на стуле или вы можете подвесить меня к потолку, потому что я сплю крепко и где угодно.
Ведь больше всего на свете дома не любят, чтобы в них жили недобрые, ленивые или сварливые люди.
Приятнее быть сытым , чем голодным.
"Папа, мама и восемь детей жили в высоком каменном доме, в самом центре огромного города. И хотя семья была такой большой, их квартира состояла всего-навсего из одной комнаты и кухни. Ночью папа и мама спали в кухне, на диване, а дети в комнате. Но разве можно разместить в одной-единственной комнате целых восемь кроватей? Конечно, нет! У них и не было никаких кроватей. Каждый вечер дети расстилали на полу восемь матрасов. Им казалось, что это не так уж плохо: во-первых, можно лежать всем рядышком и болтать сколько захочешь, а во-вторых, нет никакой опасности, что ночью кто-нибудь свалится с кровати на пол. На день матрасы укладывались высокой горкой в углу, чтобы по комнате можно было свободно ходить".
- Приятно все-таки вернуться домой, - сказал Мартин.
- Когда мы уезжали, сердитая Дама Снизу стояла и махала нам вслед, - вспомнила Марта.
- Она-то не очень обрадуется, что мы вернулись, - сказал Мадс. - Пока нас не было, она могла спокойно спать после обеда.
- Хм, - усмехнулась Мона. - Значит, она спала весь день и гуляла всю ночь.
- Это верно, я украл грузовик, - произнес мужчина. Теперь вид у него был жалкий-прежалкий. - Мне всегда очень хотелось править грузовиком. Однажды мне даже нагадали, что я буду шофером. Этот грузовик выглядел таким одиноким, когда я увидел его, что я решил взять его хоть на недельку.
Представляете, как трудно одеть такую большую семью? Счастье ещё, что они могли друг за другом донашивать одежду: Марта после Марен, Мона после Марты, Милли после Моны, Мина после Милли, Мадс после Мартина, а Малышка Мортен носил все после всех, но тогда все вещи были уже такие изношенные, что маме приходилось вырезать из них куски поцелее и из этих кусков шить ему штаны.
Мортену очень нравилось, что у него штаны получались разноцветные. Когда ему становилось скучно, он мог без конца разглядывать разноцветные лоскутки материи, из которых была сшита его одежда.
— Бабушка, ты никогда не устаёшь? — спросила Милли. — Иногда устаю, — ответила бабушка, — но я привыкла в деревне ходить в лавку, а до неё час пути и два обратно.
— Сколько раз я бывала здесь в молодости! — вздохнула бабушка. — Давай-ка поищем, может, тут ещё сохранилось моё имя — я где-то его нацарапала. Есть! Есть! Смотри, Мортен! Вот тут написано: «Матеа». Это я сама написала.
— Но ведь тебя зовут не Матеа, а бабушка, — возразил Мортен.
— Это меня теперь зовут бабушка, а раньше звали Матеа.