Друзья звали ее Стальным Подснежником, враги – упрямой и живучей стервой. Однако друзей все меньше, врагов все больше, а дар боевого мага не вечен. Теперь судьба леди Лавинии Ревенгар – стать разменной монетой в чужих интригах и королевской наградой для коменданта пограничной крепости, недавно потерявшего любимую жену. Лавиния верит: можно лишиться всего, кроме стального характера и чести. Комендант Эйнар знает: есть шанс вернуть погибшее счастье, но цена запредельна. Можно ли не ошибиться,...
Родственников по крови не выбирают, названное родство — другое дело. Его жена сделала такой выбор, значит, и Эйнару придется принять его. Притом, из двоих побратимов леди Ревенгар рядом с ней он и сам предпочитал видеть этого.
Неизвестность собственной судьбы — великое благо. Только люди живут так, словно они вечны. Ссорятся, не думая, что помириться могут и не успеть. Теряют драгоценные минуты, не говорят самые важные слова... иногда хватает нескольких минут, чтобы понять такие вещи. Обычно это страшные минуты. Или даже последние...
Справедливости нет, — ясно и ровно вымолвила Волчица, и каждое ее слово падало на плечи Ло, сильнее пригибая к земле страшной тяжестью. — Нет справедливости, кроме смерти, что приходит за всеми. Болезнь так же справедлива, как холод, голод или зубы хищника. Она убивает тех, кому суждено умереть.
Предлагаю самую выгодную сделку в вашей жизни, сержант. Мне дадут чашку шамьета, а я никого не убью.
— Тебя что, лошадь укусила? — поинтересовался Тибо, попавшись ему навстречу. — И судя по всему — бешеная. — Уйди, а? — рявкнул Эйнар. — Без тебя тошно. Пока не вернемся — ты за старшего. — А за умного — вообще каждый день, — хмыкнул Тибо.
Нельзя воевать с соседями, с которыми гораздо выгоднее дружить.
Знаете, когда боги раздавали смирение да покладистось, наш капитан в другой стороне нашел склад с упрямством и нагреб, сколько смог унести.
Терпеть… Но где та граница между терпением и потерей гордости, за которую нельзя переходить, чтобы не потерять уважение к самой себе?
Она не из тех женщин, которые нравятся большинству мужчин, ее нужно разглядеть и суметь оценить. Зато она всегда искала в мужчинах не титул и деньги, а ум, честь и надежность. У вас, кажется, всего этого достаточно, кроме ума.
Боится сказать или сделать что-то неправильно, спугнуть осторожное недоверчивое ощущение счастья, только-только примеряющееся войти в ее жизнь, как пуганая бродячая кошка, которая присматривается к открытой двери. Там, за дверью, тепло и сытно, там ласковые надежные руки, но кошка слишком долго голодала и мерзла, она не может поверить, что дверь открыли именно ей.
- Подкова тебе зачем? - хмуро поинтересовался Эйнар, чуя подвох. - Так на счастье, - ухмыльнулся Тибо. - Зажму в кулак, дам кому-нибудь по морде - и будет мне сплошное счастье!
— И жили они долго и счастливо, — задумчиво сказала его, Эйнара, невеста, глядя на платье с непередаваемым выражением лица. — А потом, как водится, встретились
Благие боги, с кем мне приходится иметь дело? Сплошь честные и благородные герои! Где бы раздобыть хоть дюжину трусливых умников?
Прощай, дерзкое дитя. И помни, справедливости нет. Есть только сила, что на время отодвигает смерть, и выбор, который каждый делает сам.— Благодарю, Госпожа, — прошептала Ло, чувствуя, как мир кружится беспросветно густой метелью. — Но справедливость — это и есть выбор… Ее нет, но мы выбираем ее и создаем сами. И она есть, пока у нас хватает на это сил…
Если тебе нужно что-то от бога, бери и делай это сам. А бог, если сочтет нужным, присоединится.
Пальцы, которыми она стиснула плащ, запахивая его на груди, никак не хотели разжиматься, словно это могло что-то изменить.— Оставьте, прошу, — улыбнулся ярл. — Раз уж я не могу подарить вам настоящий фейел, чтоб вы никогда не замерзли, мне приятно знать, что хоть мой плащ вас греет. И если вдруг передумаете… В наших балладах поется о женщинах, которые изменили судьбу, сбежав к выбранному мужчине в одной рубашке и с погоней за плечами. Помните, что у меня всегда хватит плащей, чтобы вас согреть, и клинков, чтобы защитить.