Цитата из книги «Отречение» Дмитрий Балашовпоказать все Добавить
Уже когда сидели на дровнях и ели хлеб, накинув на плечи армяки, сын повестил, заботно поглядев сбоку на сосредоточенно, точно конь, жующего родителя:— Даве Перка приходил, прошал: меду станем ли куплять у ево? Мамка сказывала.— А, мордвин! — без выражения, слегка кивнув, отозвался отец. И, уже обирая крошки с бороды и усов, вопросил: — Чево просит?— Секира ему надобна, да портище прошал…Отец встал. Издрогнув, вздел армяк. Застегнул на грубые костяные пуговицы. Опоясался шерстяным тканым поясом, подхватил секиру. Медлить особо не стоило, солнце уже низило, косым золотом пронизая лес, немой, молчаливый, задумчивый, но уже весь полный смутным предвестьем весны.— В татарах, слышь, нестроение! — обронил отец, и сын, склонив голову, понял невысказанное: с мордвой, на землях которой сидят ноне они, нахожие суздальские русичи, мир, доколе мир с ханом. И новый князь, Митрий Костянтиныч, хотя и сел на великий стол… Сел-то он сел… А все за старым князем, Костянтином Василичем, было прочнее как-то! А теперя Москва, вишь, да хан… Тут терем срубишь, а тут те его на дым спустят!
«Отречение» — шестой роман цикла «Государи московские», повествующий о последних объединительных усилиях Москвы — о подчинении Суздальско-Нижегородского и Тверского княжеств, о трудном их отречении от независимости во имя славной Руси, об отроческих годах будущего победителя Куликовской битвы — князя Дмитрия Ивановича Донского.