После того как повидаешь много крови, кровь теряет какой бы то ни было смысл. Ломается какой-то предел, и больше никаких пределов не остается, и можно убивать, убивать и убивать. Рвы, заваленные трупами, сожженные деревни, концентрационные лагеря - мелодия в одной и той же черной тональности.