– Суть в том, что любое подмножество подозреваемых может оказаться множеством виновных. Их может быть четверть, половина или даже все, кроме одного. Все эти случаи с точки зрения нашего определения равноправны. Последний рассказ как раз иллюстрирует этот момент. – Он наклонился вперед. – Я ведь говорил вам, что мое определение дает нам свободу. Можно сказать, оно создает новый жанр: вместо того чтобы просто гадать, кто убийца, читатель должен догадаться, причастен или нет к убийству каждый отдельный подозреваемый. Количество возможных развязок возрастает в геометрической прогрессии.